Читаем Стендаль полностью

14 июня произошла битва при Маренго, в которой, благодаря неожиданному повороту судьбы, армия Первого Консула одержала победу. На следующий день было заключено перемирие. Австрийцы ушли из Пьемонта, Лигурии и Ломбардии. Генерал Бертье подписал от имени Бонапарта Александрийское соглашение, в котором были указаны города и территории, поступавшие в распоряжение французов. Крепость Арона на озере Мажор входила в их число, и ее официальная передача должна была произойти под началом Пьера Дарю. Его сопровождал Анри. Он видел адмирала неприятельского флота, разговаривал с адъютантом генерала Меласа, посетил крепость и острова Борроме. Но для юного вздыхателя этот исторический момент был лишь прогулкой на природу, подальше от городского зноя, — эта прогулка помогла ему хоть на время забыть о своих страстных порывах.

По возвращении Анри покинул Каза д’Адца и рабочий кабинет в Кастельбарко. Его перевели в Каза Бовара, окруженную садами, на Корсо ди Порта Ориентале — ныне Корсо Венеция. Пьер Дарю предоставил это жилище своему другу Клоду Петие — министру французского правительства Цезальпинской республики в Милане; сам он через некоторое время станет главным интендантом армий. Здесь же новый начальник юноши отвел ему жилье. Анри запомнилось, что в его комнате над кроватью висела картина, на которой был изображен Ганимед.

Вскоре молодой человек сумел ближе познакомиться с миланским обществом. Он посещает балы и вечера, знакомится с графиней Герарди, любовницей Иоахима Мюрата, и любуется — издали — самыми признанными красавицами Ломбардии. В этой стране, где любовь так естественна и никогда не выглядит смешной, ему было особенно тяжело оттого, что он не разделяет любовных успехов своих товарищей: «Если бы я был более удачлив, я мог бы даже очаровывать. Конечно, не лицом и не манерами, но сердцем я мог бы быть интересен женщине с чувствительной душой. Она нашла бы во мне твердость римлянина — конечно, только по отношению к вещам, далеким от любви. И ей могло бы доставить удовольствие образовывать манеры своего любовника…»

За неимением любви — и это было даже более важной причиной, чем нежелание обнаруживать свою неопытность в амурных делах, — он наконец потерял столь обременительную для себя девственность в одном из борделей. По крайней мере, он узнал, о каких наслаждениях идет речь. О том, что роднит его теперь с первым из семи сыновей Ниобеи, упомянутым Овидием в его «Метаморфозах», Анри пока не знает.

Затем произошло еще одно важное событие — дуэль между ним и одним из старших сыновей Клода Петие, Александром, — на сей раз настоящая. Секундантом Анри был Эдмон Кардон, адъютант военного министра Карно. Соперники сражались из-за прекрасных глаз некоей мадам Мартен, которая, однако, успела к этому времени одарить своей благосклонностью какого-то третьего бездельника. Анри был ранен ударом сабли в левую ногу. Из-за этой дуэли он не потерял дружбы с Александром — он потерял лишь возможность повеселиться на очередном балу, где вынужден был стоять в стороне, поскольку не мог танцевать.

Анри по-прежнему не имел никакой военной должности. Пьер Дарю вспомнил о своей роли влиятельного родственника и предпринял нужные шаги, чтобы добыть ему чин младшего лейтенанта. Он обратился к двум высокопоставленным чиновникам Военного министерства и стал хлопотать о продвижении юного кузена — в обход существующего порядка. Его должность, репутация и связи сыграли свою роль: 23 сентября 1800 года государственный советник и генерал-аншеф Луи Брюн возвел гражданина Бейля в чин «младшего лейтенанта в качестве признания его талантов и хорошего поведения» — предварительно. 23 октября Луи Даву, дивизионный генерал, главнокомандующий кавалерией армии, назначил его «пешим младшим лейтенантом в 6-м драгунском полку». Это служебное письмо, также имевшее силу предварительного, было завизировано Никола-Шарлем Удино, генерал-аншефом Итальянской армии.

15 ноября Дарю повторно обратился к начальнику бюро кавалерии Военного министерства: «Мой дорогой старый товарищ, позвольте мне напомнить вам о ваших добрых чувствах ко мне в связи с гражданином Бейлем, моим кузеном, которого генерал Даву соизволил назначить младшим лейтенантом в 6-й драгунский полк. Генерал Брюн назначил его на эту должность своим приказом от 1 вандемьера Девятого года. Направляя его в вашу кавалерию, я надеюсь, что вы не откажете ему в некоторой благосклонности и дружеских чувствах. Мне хотелось бы, чтобы вы помогли ему утвердиться на новом месте; вы меня очень обяжете, оказав эту услугу молодому человеку, которого вы, возможно, знали лично, когда он работал со мной в первом дивизионе». Таким образом «негодный родственник» добился просимого: Анри был отправлен в свой полк.