Читаем Стена чудес (СИ) полностью

И не заметил, как влетел в кого-то, спускавшегося ему навстречу. Телефон едва не выпал из рук, Пятый сжал пальцы и сделал шаг назад.

— Извините, — устало выдохнул он, вскинул голову и встретился с пронзительно голубыми глазами своего психиатра. — Доктор Кац?

— Мистер Сати? — доктор Кац отступил, поднимаясь на ступеньку. Пятый отступил спускаясь. В конце концов они оба остались на лестничном пролёте. — Вот так встреча. Что вас сюда привело?

— У меня здесь друг живёт, — Пятый махнул коробкой с пирожным, глядя доктору Кацу за плечо. — Помните, я вам говорил. Музы… — он осёкся, перевёл взгляд на его лицо и нахмурился: — Доктор Дэвид Джозеф Кац. Вы… Дейв.

Лицо доктора Каца на мгновение исказила гримаса непонимания перетекающего в удивление. До него тоже дошло.

— Его… друг, переживший трагедию, — он моргнул. — Это вы.

Пятый вздохнул и закрыл глаза. Доктор Кац был хорошим психиатром, прислушивался к нему и всегда находил нужные слова. И всё это время Клаус рассказывал о нём как о самом красивом любовнике, который у него был.

— Как неловко, — доктор Кац тяжело вздохнул.

Пятый фыркнул.

— Каковы шансы, — он поджал губы и замер, не зная, что ещё добавить.

— Мистер Сати, я опаздываю на встречу, но позвоню вам вечером, хорошо?

— Конечно, — Пятый отступил, пропуская доктора Каца.

— Хорошего дня.

— И вам тоже, доктор Кац.

Только когда внизу хлопнула подъездная дверь, Пятый мотнул головой и поднялся в квартиру Клауса. Постучал в дверь и, дождавшись, когда дверь откроется, широко улыбнулся:

— Ты знал, что трахаешься с моим психиатром? — он протянул Клаусу пирожные.

Клаус сжал пальцы на коробке и отступил.

— Погоди, что? — он часто заморгал.

— Я только что встретил на лестнице единственного и неповторимого красавчика Дейва, который трахается как бог и по совместительству является доктором Дэвидом Джозефом Кацем. Моим психиатром, — Пятый прошёл в квартиру, бросил сумку на диван, вздохнул и развёл руками. — Очень жаль, мне он нравился.

Клаус захлопнул входную дверь и кивнул в сторону кухни. Он был в пижамных штанах и розовом пушистом халате.

— Почему в прошедшем времени? — кинул он через плечо.

— Правила, — Пятый пошёл за ним. — Не говоря уже о том, что будет не очень здорово жаловаться на тебя твоему парню. К тому же… — он запнулся, посмотрел на уведомление и положил телефон на стол экраном вниз. — В общем, мне придётся найти нового.

— Прости.

Пятый выгнул бровь.

— Как будто ты знал, кого кадришь, — он фыркнул. — Успокойся.

Клаус поджал губы, налил Пятому кофе и сунул кружку в руку.

— У тебя там уведомление, — он кивнул на телефон.

— Я знаю, — Пятый улыбнулся. — Это Долорес.

— Что-то важное?

Пятый качнул плечом.

— Наверное.

— Тогда почему не послушаешь?

Пятый опустил взгляд на телефон. Потом перевёл на Клауса и сделал глоток кофе.

— Послушаю, когда буду один.

Клаус удивлённо дёрнулся и едва не пролил кофе. Заправил прядь за ухо и едва слышно фыркнул:

— Вот так, да?

— Ты мне вроде бы разрешил хранить свои секреты, — отозвался Пятый.

На пару мгновений на кухне стало тихо. Пятый потёр ручку ногтем, сделал глубокий вдох, но не успел ничего сказать.

— Ваня звонила полчаса назад, кстати, — прервал тишину Клаус.

— Боже, — Пятый закрыл глаза.

— Сказала, что тебе, наверное, уже лучше, ведь ты снова превращаешься в бесчувственного ублюдка.

— А ты? — Пятый поставил кружку на стол и потёр переносицу.

— Сказал, что ты всё время такой, — Клаус подвинул стул и сел напротив. — Ты реально повесил трубку?

— Мы ни о чём не говорим. Просто смотрим друг на друга по полчаса, иногда неловко обмениваемся парой слов.

— Шестичасовые разговоры с Долорес не так проходят?

Пятый осёкся. Открыл глаза, напряжённо всматриваясь в лицо Клауса.

— Долорес не смотрит на меня взглядом полным тоски и не боится рассказывать о чепухе, которая ей понравилась, — отчеканил он. — И раз уж мы снова заговорили о ней, — он облизнул губы и сделал глубокий вдох, прежде чем решился: — Долорес тебе не понравилась.

Клаус заморгал. Постучал кончиками пальцев по кружке и выгнул бровь:

— С чего ты взял?

— Интуиция, — отозвался Пятый.

Он врал, конечно. В отличие от Долорес, он плохо подмечал такие вещи. Просто не замечал и не осознавал. Его это и не интересовало никогда, намного интереснее ему была музыка, которую люди вокруг него делают. Её он чувствовал и понимал.

Но не людей самих по себе.

— Долорес, — Клаус закатил глаза. — Она тебе сказала, да?

— Она очень проницательная, — Пятый поводил пальцем по рисунку на протезе. — В отличие от меня. Меня бы ты легко обманул.

Клаус всплеснул руками:

— Она мне не не понравилась, Пятый. Я её видел сколько? Две минуты? — он толкнул Пятого пяткой. — Недостаточно, чтобы составить впечатление.

Пятый шевельнул бионическими пальцами, сжимая их в кулак. Разжимая.

— Вы с доктором Кацем…

— Прекрати его так называть, иначе я теперь никогда от этой картины не избавлюсь, — Клаус зажмурился.

— Вы с Дейвом реально поехали сразу в номер после концерта? Потому что ему было рано вставать?