Читаем Статьи полностью

Афанасий Прокофьевич Щапов — выдающийся историк, разночинец-демократ, сформировавшийся как ученый в период революционной ситуации 1860-х годов, отличался огромным вниманием к изучению народных движений, общинного строя в России, истории раскола. Блестяще начавшаяся профессорская деятельность Щапова в Казани была прервана после его выступления по поводу расстрела 16 апреля 1861 года крестьян в с. Бездна, Казанской губ, не желавших признать разорявший их манифест об "освобождении" от крепостной зависимости. Щапов был арестован и препровожден в Петербург. Наказание, назначенное ему Александром 11 — "подвергнуть вразумению и увещанию в монастыре", было отложено вследствие энергичного протеста литературной общественности, организованного Н. Г. Чернышевским, но Щапов поплатился тюремным заключением и потерей профессорской кафедры.

В 1863 году Щапов был выслан из Петербурга на родину, в село Анга, за Байкалом, откуда ему удалось переселиться в Иркутск, где он и провел последние годы жизни.

Щапов предпринял ряд этнографических исследований края, участвовал в экспедициях и оставил ценные работы по вопросам изучения Сибири.

Успенский видит в Щапове потомка "упрямых" великорусов, не желавших смиряться под ярмом самодержавия и после безрезультатного протеста уходивших в Сибирь, подальше от центральной власти. Он отмечает у Щапова уважение к выборному началу общественного строя, потребность в создании "соединенно-областного земского строения", желание заставить царя выслушивать требования земских людей и выполнять их. Склонный переоценивать роль земских учреждений в своем горячем стремлении оказать живую помощь народу, Успенский с благодарным чувством вспоминает о Щапове, показавшем "правоту старинного союзного земского строя". Вместе с тем он осуждает общественный порядок царской России, не дававший места никаким попыткам облегчить тяжелую жизнь трудящегося народа.

При написании статьи Успенский широко воспользовался фактическими материалами, приведенными в книге II. Я. Аристова "Афанасий Прокофьевич Щапов. Жизнь и сочинения", СПБ., 1883.

Стр. 157. Книга А. П. Щапова "Земство и раскол", вып. 1, вышла в 1862 году в Петербурге, изд. Д. Е. Кожанчикова. В приводимой цитате слов: "по наивным мечтаниям тогдашних земцев — у Щапова нет.

ГОРЬКИЙ УПРЕК

Статья написана в связи с перепечаткой в "Юридическом вестнике" в десятой книжке за 1888 год (Успенский ошибочно указывает № 9) письма Маркса в редакцию "Отечественных записок" (см. сборник "Переписка К. Маркса и Ф. Энгельса с русскими политическими деятелями", издание второе, Госполитиздат, 1951, стр. 220–223), Письмо Маркса вызвано статьей Н. К. Михайловского "Карл Маркс перед судом г. Ю. Жуковского", напечатанной в 1877 году в октябрьском номере "Отечественных записок". Маркс возражает против искажений его взглядов, допущенных в статье Михайловского, и высказывается по ряду вопросов пореформенного развития России. Письмо cfaлo известно лишь после кончины Маркса и затем широко дебатировалось в русских общественных и революционных кругах, особенно в период борьбы марксистов с народниками (см. В. И. Ленин, Сочинения, т. 1, стр. 129, 247–248).

Письмо Маркса привлекло Успенского глубиной анализа явлений русской действительности, критикой программных положений народничества. Вместе с тем очевидно, что Успенский далек от подлинного понимания марксистской теории, для него осталась непонятой и та борьба, которая уже в 80-е годы развертывалась между марксистами и народниками. (Подробнее о статье см. в работе Н. И. Пруцкова "Г. И. Успенский о письме К. Маркса в редакцию журнала "Отечественные записки". — "Вопросы философии", 1953, № 3, стр. 81–87).

Работа над статьей относится к ноябрю-декабрю 1888 года (см. письма 227 и 231), в 20-х числах декабря она была послана в редакцию "Волжского вестника". Не пропущенная царской цензурой, статья все же стала известной в литературных кругах Казани. В. Н. Поляк сообщал Успенскому в январе 1889 года: "Ваша статья "Горький упрек" ходит здесь по рукам. Меня просят спросить Вас, — не позволите ли ее списать в нескольких экземплярах, так как желающих прочесть ее — масса". В дальнейшем А. И. Эртель пытался напечатать статью в "Воронежском листке", но также безуспешно.