Читаем Статьи 1998-1999 г. полностью

Обращаю на это внимание потому, что это — знак большой нашей беды, и ее надо осознать. Мы откатились уже на очень низкий уровень мышления, и нужно сделать большое усилие, чтобы поправить дело. Посмотрите: «экономист и политик», некто Лившиц, на всю страну рассуждает с экрана: «Богатые должны делиться с бедными». И люди это воспринимают в общем нормально. Но это значит опуститься с уровня понятий начала века, доступного тогда для всякого грамотного рабочего, на уровень ребенка-дебила.

В оценке многих общественных явлений наши политики от оппозиции заходят в тупик, испытывают разлад между своими чувствами и «объективной действительностью». И — молчат (даже внутри себя). Так возникает ощущение беспомощности. Почему? Потому, что утратили навык диалектики, этого чуть изощренного инструмента здравого смысла. Мы перестали мысленно поворачивать проблему и так и эдак, видеть ее в разных условиях.

Возьмем простой пример: эксплуатация человека человеком. Если не ошибаюсь, это понятие вообще выпало из лексикона оппозиции, даже КПРФ. Почему же? Разве это понятие неактуально? Говорят о справедливости, о «нормальной зарплате», но ведь все это на уровне Лившица. В чем же дело? Думаю, лидеры КПРФ интуитивно чувствуют, что эксплуатация — зло. Но как это сказать, если они делают ставку на отечественного эксплуататора (простите, предпринимателя)? Ведь обидится.

На деле здравый смысл говорит, что эксплуатация — зло, но в наших конкретных реальных условиях это уже меньшее зло, чем, например, безработица. Поэтому нельзя сегодня призывать к «уничтожению эксплуатации», а можно говорить о ее ограничении, а потом преодолении. Но ведь сказать, что это есть зло — необходимо. Что это за коммунисты, которые этого не говорят!

Я больше скажу: нас уже довели до такого состояния, что для многих людей рабство есть меньшее зло, чем их нынешняя жизнь. Летом около моего участка жили в вагончике шабашники-строители, близко со мной общались. К ним прибился таджик, сильно пострадавший. Делать мало что умел, у себя был он фельдшером «скорой» в райцентре. Зарплаты получал в переводе на старые рубли 16 тысяч в месяц — на десять буханок хлеба. У него пятеро детей, и вся цель его жизни свелась к тому, чтобы их прокормить. Иногда вечеpом, подвыпив, он пpиходил ко мне и плакал: «Дядя, как жить?». Слезы текли из выбитого глаза. Понаблюдав за ним целое лето, я подумал, что если бы более или менее приличный человек сказал ему: «Иди ко мне рабом, я буду кормить тебя и твоих детей», — он бы согласился. Хотя рабство — зло.

Из-за того, что у нас кроме понятий добра и зла выпали все реалистичные категории, даже разумные в прошлом люди стали говорить чудовищные вещи — или молчать.

Вот, несколько вечеров телевидение жужжало о том счастье, которое привалило русской культуре — принимается Закон о меценатстве. Все, кого допустили на экран (Н.Михалков, Быстрицкая и т.п.), аплодировали: наконец-то, какая радость. Депутаты, которые этот закон будут принимать (в том числе от КПРФ), промолчали, даже в «парламентском часе». Нечего сказать?

Конечно, Н.Михалков за последние годы показал себя человеком очень невысокой морали, даже удивительно это сочетание художественного таланта с глубинной, нутряной пошлостью. Но нельзя же, чтобы люди только и слышали, что меценатство — добро для культуры. Ведь сами же «демократы от культуры» уже затерли этот подленький афоризм: «Кто девушку обедает, тот ее и танцует». Какую русскую культуру будут «танцевать» Гусинский с Кахой Бендукидзе? За какие идеи и образы будут они «обедать» нашего лейб-патриота Михалкова?

Но значит ли это, что сегодня следует отказаться от крох и объедков Гусинского? Думаю, что нет. Пока что и шерсти клок необходим. Но ведь нельзя же не сказать, что меценатство — зло! Что это — уродливый способ обеспечения культуры как общественной ценности. Что оно хорошо лишь как небольшая добавка к стабильному и щедрому государственному финансированию. И уже только сказав это, надо бы объяснить гражданам: нынешний политический режим создал в России такую чрезвычайную ситуацию, что Дума сочла сегодня меценатство меньшим злом. Потому-то дупутаты, включая коммунистов, приняли этот закон.

Не знаю, кому как, а мне без таких пояснений все труднее и труднее верить нашим депутатам.

1998

Печально было наблюдать за дебатами при назначении С.Кириенко премьер-министром. Все участники этих дебатов, которые имели «свободу слова», негласно договорились не затрагивать важные для России вопросы. И ведь никто при этом не скрывает, что страна находится на последнем пределе возможностей. Еще год-два, и долговая петля будет затянута на шее России, а долги отдавать нечем. Зарплату платить служащим государство не может — значит, и власть государства быстро утрачивается.

В чем же видит выход будущий глава правительства, который представляет свою программу Думе? Обложить налогами бензоколонки и казино. Это можно было бы принять за шутку, но ведь сказано всерьез, и сказал человек умный.