Читаем Стать Драконом полностью

— Кон, ты умница, головастик! Что бы я без тебя делал? Нужно только помочь им укрепиться в этой мысли. Бугор, вот тебе возможность приумножить политический капитал. Ты организовал экспедицию на край света. С научными целями. Отчет об экспедиции пусть напечатают «Новости Тауна». Тайсон, поручаю тебе описать наши приключения. Не жалей красок, больше фантазии. Чтоб читателей за уши было не оторвать. Пусть в нескольких номерах продолжение печатают. Я фотографии подберу. Ну как?

— Великолепно, — грустно отозвался Тайсон.

— Хозяин, можно я помогу? — подала голос Катрин. — Факты и канву дает Тайсон, а я — стиль и приключения.

— Попробовать можно, — повеселел Тайсон.

— Только даете на редакцию сначала мне, потом Бугру. Иначе можете одной неудачной фразой ему политическую карьеру порушить.

— Есть, сэр!

— Мрак, я хочу тебе что-то сказать.

— Потом, Кэт. Я тороплюсь.

— Но…

— Иди наверх. Тебя Тайсон ждет. — Мрак вскочил на коня и поехал в сторону Тауна. Отъехав километра на два, свернул в лес и рысью направился к бункеру.

Лобастик чуть не сбила с ног. С разбега прыгнула ему на грудь, облизала, спрыгнула на землю, обежала несколько раз вокруг, не зная, как выразить восторг. Мрак подхватил ее на руки и был снова облизан. Поразился, как она растолстела. При длине в полметра, она весила почти три кило! Чуть успокоившись, Лобастик принялась обшаривать карманы его куртки.

— Ты что делаешь? Так нельзя! Драконы не шустрят по чужим карманам.

Лобастик разочарованно вынула голову и лапку из кармана и посмотрела ему в лицо. Мрак готов был поверить, что она поняла. Сел за стол, достал журнал наблюдений. Драконочка расположилась рядом. Открыл чистый листок, построил график прироста веса. Потом — роста. Сначала в обычном масштабе, потом в логарифмическом. Достал бумажку с данными, которые когда-то сообщил Тайсон. К концу года Лобастик обещала выйти на средние показатели веса и роста дракончиков в возрасте одного года. По весу, возможно, даже превзойти.

— Толстеешь, малышка. Вот видишь, что бывает с теми, кто летать не хочет.

Услышав слово «летать», Лобастик развернула крылья и вяло помахала ими. Мрак улыбнулся и погладил ее по головке.

— Ах ты симулянтка. Разве так летают?

Драконочка насторожилась, подняв ушки торчком, прыгнула со стола к двери и выскочила на улицу. Стол покачнулся. Мрак еле успел подхватить карандаш. С улицы донесся радостный женский смех и повизгивание Лобастика. Мрак закрыл журнал и пошел встречать Катрин.

Это была Мэгги.

Она обернулась на шум двери и радостно улыбнулась. Увидела выражение его лица, и улыбка мгновенно исчезла.

— Хозяин, что случилось? Беда?

Мрак с трудом подавил желание выпустить в нее из пистолета всю обойму.

— Почему ты вышла из дома? Что ты делаешь здесь?

— Тебе Катрин разве не сказала?

— Почему ты вышла из дома? Кто тебе разрешил выйти из дома?

— Лобастик, домой иди! — драконочка, шмыгнув мимо ног Мрака, скрылась за дверью. — Мы же думали, вы погибли…

— И что — мир перевернулся?

— Да.

— Все запреты можно побоку?! Хожу, куда хочу, делаю, что хочу! Так?

— Ты нас бросил, погиб, а теперь еще издеваешься. Дурак! Катрин все глаза выплакала.

— Я тебя спрашиваю. — Мрак схватил ее сзади за волосы, оттянул голову назад.

— Ну, пусть я плохая. Сейчас принесу плетку, выпорешь меня. Но поставь хоть на минуту себя на место Катрин. Ты пропал, Тайсон пропал, Конан пропал, о Лобастике заботиться надо. А если с Катрин что случится? А если Бугор запретит ей из дома выходить? Она не о себе, она о Лобастике думала. Девочка даже говорить еще не может. С кем Катрин могла тайной поделиться? С телохранителями-дуболомами? С охранниками? Только с такой же дурочкой, как сама.

Мрак сел у скалы и задумался. Мэгги присела рядом. Лобастик выглянула из-за двери, подбежала, устроилась между ними. Мрак пощекотал жирное брюшко. Лобастик замурлыкала, потерлась об него головкой.

— Что вы сказали Бугру?

— Что ведем хозяйство в твоем потайном домике. Что ты велел ничего никому не рассказывать, пока пытать не начнут. Если начнут пытать, можно рассказать все.

Мрак усмехнулся.

— Я действительно мог так сказать. Когда-то мы с Катрин обсуждали эту тему. А Бугор — что?

— Ему не до нас. Набирает полицию, законы изобретает, суд присяжных. Теперь тот, кто попадется, должен на рудниках дни отрабатывать. Не меньше трех дней в неделю. А если хочет, может по две смены хоть все семь дней. За мелкую кражу пять дней дают, плюс возмещение убытков.

— Ловко ты разговор на другое переводишь.

— Глупенький ты. Мы за тебя жизнь готовы отдать, а ты к словам цепляешься. Зачем так?

— Заканчивай дела, накорми Лобастика и едем назад.

… Мэгги была совсем не похожа на Катрин. Она отдавалась страстно и горячо. Мрак пошевелил лопатками. На спине еще чувствовались следы ее ногтей. Катрин никогда не теряла самообладания до такой степени. Не думая о себе, старалась доставить максимум удовольствия ему, компенсируя недостаток страсти богатым опытом. Катрин любила не телом, но сердцем. К сексу же относилась как к стирке белья: надо — значит надо. Всю обратную дорогу Мрак сравнивал ощущения.