Читаем Старые времена полностью

Когда я привела его в нашу комнату, твое тело, конечно, уже исчезло. Какое это было облегчение, видеть совсем другое тело в своей комнате, мужское тело, совсем другие движения, он делал все то, что они всегда делают, что, по их мнению, выглядит красиво, например, сидеть, закинув ногу на ручку кресла. У нас были две кровати на выбор. Твоя и моя. Мы могли лечь на одеяло или забраться в постель. Порезвиться на одеяле или в постели. Ему нравилась твоя кровать, он думал, что будет выглядеть в ней иначе, ведь он же мужчина. Но один раз ночью я сказала, хочешь я покажу тебе кое-что, одну маленькую уловку. Он лежал в твоей кровати. Он поднял на меня глаза. Он был в большом нетерпении. И очень доволен. Он думал, что мне пошли на пользу его уроки. Что я продвинулась вперед как женщина, что я хочу проявить активность, как он давно надеялся. Я подошла к окну, где стоял ящик с цветами, с милыми незабудками, что ты посадила, зачерпнула чашкой земли и стала облеплять его лицо грязью. Он сопротивлялся… очень свирепо. Он не хотел, чтобы я пачкала его лицо, чтобы я грязнила его. Он отталкивал меня. он сказал, давай лучше поженимся, сменим обстановку.


Легкая пауза.


Все это не имело смысла.


Пауза.


Однажды он спросил меня, еще тогда: «Кто спал на этой кровати до меня?» Я сказала, никто. Никто не спал.


Долгое молчание.


АННА встает, идет к двери, останавливается спиной к Дили и Кэт.


Молчание.


ДИЛИ едва слышно начинает плакать.

АННА стоит неподвижно.

АННА поворачивается, выключает свет, садится на диван, потом ложится.

Рыдания Дили стихают.


Молчание.


ДИЛИ встает, делает несколько шагов, смотрит на оба дивана.

Подходит к дивану, на котором лежит АННА, смотрит на нее.

Она лежит неподвижно.


Молчание.


ДИЛИ идет к двери, останавливается спиной к комнате.


Молчание.


ДИЛИ оборачивается. Подходит к дивану, где лежит КЭТ, садится, потом ложится поперек ее тела.


Долгое молчание.


Очень медленно ДИЛИ садится.

Медленно поднимается с дивана.

Медленно идет к креслу.

Тяжело опускается.


Молчание.


Резкий и неожиданный свет.

ДИЛИ сидит в кресле.

АННА лежит на диване.


КЭТ сидит на диване.


Конец

Перейти на страницу:

Похожие книги

Инсомния
Инсомния

Оказывается, если перебрать вечером в баре, то можно проснуться в другом мире в окружении кучи истлевших трупов. Так случилось и со мной, правда складывается ощущение, что бар тут вовсе ни при чем.А вот местный мир мне нравится, тут есть эльфы, считающие себя людьми. Есть магия, завязанная на сновидениях, а местных магов называют ловцами. Да, в этом мире сны, это не просто сны.Жаль только, что местный император хочет разобрать меня на органы, и это меньшая из проблем.Зато у меня появился волшебный питомец, похожий на ската. А еще тут киты по воздуху плавают. Три луны в небе, а четвертая зеленая.Мне посоветовали переждать в местной академии снов и заодно тоже стать ловцом. Одна неувязочка. Чтобы стать ловцом сновидений, надо их видеть, а у меня инсомния и я уже давно не видел никаких снов.

Вова Бо , Алия Раисовна Зайнулина

Драматургия / Драма / Приключения / Сентиментальная проза / Современная проза
Драмы
Драмы

Пьесы, включенные в эту книгу известного драматурга Александра Штейна, прочно вошли в репертуар советских театров. Три из них посвящены историческим событиям («Флаг адмирала», «Пролог», «Между ливнями») и три построены на материале нашей советской жизни («Персональное дело», «Гостиница «Астория», «Океан»). Читатель сборника познакомится с прославившим русское оружие выдающимся флотоводцем Ф. Ф. Ушаковым («Флаг адмирала»), с событиями времен революции 1905 года («Пролог»), а также с обстоятельствами кронштадтского мятежа 1921 года («Между ливнями»). В драме «Персональное дело» ставятся сложные политические вопросы, связанные с преодолением последствий культа личности. Драматическая повесть «Океан» — одно из немногих произведений, посвященных сегодняшнему дню нашего Военно-Морского Флота, его людям, острым морально-психологическим конфликтам. Действие драмы «Гостиница «Астория» происходит в дни ленинградской блокады. Ее героическим защитникам — воинам и мирным жителям — посвящена эта пьеса.

Александр Петрович Штейн , Гуго фон Гофмансталь , Исидор Владимирович Шток , Педро Кальдерон де ла Барка , Дмитрий Игоревич Соловьев

Драматургия / Драма / Поэзия / Античная литература / Зарубежная драматургия