Читаем Старые солдаты полностью

Ее голова показалась на поверхности, и она обеими руками откинула назад свои короткие, мокрые, темные волосы. Полдюжины других голов покачивались рядом с ней, а два аэромобиля, предназначенные для службы спасателей, настороженно парили над головой. Гидроакустические датчики, настроенные на частоту, которая, как было продемонстрировано, отпугивает местных морских обитателей, защищали пловцов от возможности быть съеденными, и Мэйника перекатилась в воде и поплыла на спине обратно к платформе.

Еще три или четыре погружения, подумала она, затем вернуться к работе и...

- Тревога! - голос Лазаруса так громко прозвучал в ее вмонтированном в сосцевидный отросток динамике, что на мгновение ей показалось, будто кто-то дал ей пощечину. - Тревога! Микки сообщает...

Ядерный взрыв над головой был достаточно ярким, чтобы выбелить сапфировое небо бледно-аметистовым.

* * *

- Матерь Божья! - выдохнул кто-то. Лейтенанту Хэйновер потребовалось больше двух секунд, чтобы осознать, что эти слова прозвучали в ее голосе.

Она в ужасе уставилась на визуальный дисплей, который только что поляризовался, когда яркая, как солнце, вспышка слизнула "Сталинград", как будто транспорта никогда не существовало. Но это произошло, и она с трудом сглотнула, когда мгновение парализующего шока превратилось в нечто, напоминающее связную мысль.

Термоядерный реактор? - она автоматически задалась этим вопросом, но тут же отвергла его. Он был в режиме ожидания, совсем как "Шервуд форест". А у Боло не бывает таких несчастных случаев - никогда. Но что тогда?..

Она никогда точно не знала, что заставило ее сообразить так быстро. Возможно, это было воспоминание о том, что случилось с "Куан Инь", заставившее ее мгновенно прийти к выводу, который был нелепым на первый взгляд. Возможно, это был какой-то подсознательный логический ход, который имел бы безупречный смысл, если бы она была в состоянии его проанализировать. Но то, как это пришло к ней, было в высшей степени неважно по сравнению с ее полной уверенностью в своей правоте.

Она нажала клавишу на своей консоли, в то время как остальные четверо членов ее дежурной смены все еще таращились на прекрасный отвратительный цветок блеска на своих визуальных дисплеях. Музыкальный сигнал прозвучал в ее наушнике почти мгновенно, когда компьютеры связи направили ее приоритетное сообщение по назначению.

- Капитан Бертье, - услышала она свой собственный спокойный голос, - это Хэйновер, на Индии Майк Три. Сэр, Псы только что взорвали "Сталинград" - и Микки - к чертям собачьим.

Она все еще говорила, когда тот же палец, который нажимал на клавишу связи, нажал другую кнопку, и по всему Третьему промышленному модулю завыли сирены оповещения.

* * *

С Мэйники все еще капало, когда с воем подлетел аэромобиль спасателей, чтобы перенести ее на боевой корпус "Лазаруса". Она не тратила время на размышления об униформе или полотенцах. Она просто бросилась к сильно бронированному верхнему люку для персонала, на чистом автопилоте прокладывая себе путь босыми ногами между похожими на плиты крышками ракетных люков, в то время как нажала кнопку своего ручного комма.

- ...в оружейную немедленно! - рявкнула она. - Полное снаряжение и боеприпасы для первого, второго и четвертого батальонов. Разверните первую и вторую группы на позиции Альфа-один и предупредите майора Этуотер о возможной немедленной погрузке.

- Понятно, - резко сказал бригадир Джеффордс. Она могла слышать отголоски потрясенного недоверия, эхом отдающиеся в его голосе, но он был настороже и хорошо следил, и это было почти все, о чем она могла попросить его при данных обстоятельствах.

- Хорошо, Питер, - сказала она немного мягче, затем пригнулась и изогнулась в знакомом изгибе, который доставил ее на верхнюю лестницу, ведущую на командную палубу Лазаруса. Она уперлась голыми подошвами в наружные стойки лестницы и соскользнула по ней, комм болтался у нее на запястье на шнурке, и вибрация от тяжелого, деликатного движения дрожала в ее руках и ногах, когда Лазарус маневрировал обратно по погрузочной рампе штурмовой капсулы.

Она предоставила это ему и бортовым компьютерам капсулы, а сама сосредоточилась на том, чтобы как можно быстрее спуститься по трапу в целости и сохранности. Лицо Эдриэна Аньелли уже появилось на одном из многоквадрантных коммуникационных экранов, и другие члены командной структуры колонии мигали на других квадрантах, даже когда ее босые ноги с жалящим звуком ударились о палубную подошву первого звена.

Выражение лица Аньелли представляло собой комбинацию ужаса, шока, неверия и замешательства, но если в нем и была какая-то паника, Мэйника этого не видела. Страх, да - но не за себя, она была уверена. И, несмотря на все мириады вопросов, которые, должно быть, бились у него в голове, он не стал тратить время на то, чтобы избивать ее, требуя ответов на них.

Она воспользовалась моментом, чтобы одарить его искренней и глубоко благодарной улыбкой, затем скользнула на свою командирскую кушетку в своем насквозь мокром, обтягивающем купальнике.