Читаем Старые долги полностью

– Сколько времени тебе осталось служить?

– Меня в апреле призвали.

– Какие планы на будущее?

Луговой удивлённо посмотрел на собеседника – может, тот шутит? Какие ещё планы, когда вся служба впереди?

– Вы имеете в виду – кем работать? Пока не решил. Возможно, механиком а автосервисе.

– А учиться не хочешь?

– Я пробовал осенью поступить в институт – полбалла недобрал до проходного, – машинально ответил юноша, с нарастающим удивлением вслушиваясь в вопросы Анатолия.

– Это поправимо, поступишь. Только – по какой специальности?

– Я думал – инженером-механиком, – удивляясь своей готовности отвечать на вопросы постороннего человека, сказал Борис.

– А менеджером не хочешь?

– Директором производства, завода, что ли?

– Нет, менеджером серьёзной фирмы, – снисходительно улыбаясь, словно при обращении к несмышлёнышу, пояснил Анатолий.

– Кто же меня возьмёт туда директором?

– Это не твоя забота. Учись, парень, и всё получится. – Анатолий внезапно поднял правую руку и приложил указательный палец к пальцу Бориса. Юноша издал негромкий возглас удивления: под верхней фалангой собеседника виднелось небольшое родимое пятно. В точности такое, как и у Бориса.

– Удивительное совпадение, правда? – хохотнул Анатолий. Борис пожал плечами, совершенно сбитый с толку: казалось, его новый знакомый заранее знал об этом совпадении. Ох уж это пятно – тётя Рина говорит, что у её сына было точно такое же. И, по словам бабушки Наты, также у отца… Только у него исчезло в возрасте двадцати лет. Само, безо всякой операции. А теперь ещё и у этого… Впрочем, у него пятно побольше, да и форма другая – не круглое, а вроде кляксы. Но, конечно, есть чему удивиться.

– Знавал я твою матушку, – медленно, как-то двусмысленно произнёс Анатолий. Борис удивлённо посмотрел ему в глазах: странная реплика могла означать и оскорбление. Но нет, кажется, ничего дурного этот человек не имел в виду.

– Она мне про вас ничего не рассказывала, – произнёс Борис, чтобы хоть как-то ответить. Анатолий коротко кивнул и странно улыбнулся.

– Она сейчас поёт?

– Иногда.

Олигарх вздохнул:

– Помню, как она пела в восьмидесятом… Это был шедевр, а не голос! Соловей отдыхает! А какая красавица! Впрочем, выглядит она отлично и сейчас.

Борис вздохнул и пожал плечами – никак иначе ответить на странные речи собеседника он просто не мог.

– Слушай, Боря, а ты что – не мог отмазаться от армии? Папаша Меньшиков баксы пожалел?

– Я не захотел, – ответил юноша, удивлённый, что нужно объяснять такие вещи. – Кто-то же должен служить в армии. Неужели лучше, если вместо меня туда заберут инвалидов, которые не могут заплатить?

– Ну, как знаешь. Ладно, парень. Я сейчас не могу поговорить с тобой нормально. Как-нибудь в другой раз. На вот тебе, – и Анатолий сунул солдату в руку пачку ассигнаций. Борис чуть не упал от удивления:

– Зачем это? Нас хорошо кормят. Спасибо, не надо, – и он настойчиво вернул деньги Анатолию. Тот хмыкнул:

– Ты честный и гордый, это мне нравится. Жаль, раньше не удалось с тобой познакомиться. Однако это поправимо. Ну, успеха тебе, служивый! Ещё увидимся!

Анатолий сел в «Лексус» и укатил, оставив солдата в полном недоумении. Борис посмотрел на часы: встреча заняла всего двадцать минут. Чем заняться в оставшееся время? Да ну, что толку гулять. Лучше вернуться в казарму и, пользуясь увольнительной, поспать пару часов.

Когда юноша проснулся на своей постели в казарме, минувший разговор с Анатолием воспринимался как-то дико, неправдоподобно. Может, просто приснилось? После недолгого размышления, Борис решил ничего не рассказывать матери. По крайней мере, до следующей встречи с таинственным Анатолием – если таковая состоится.

Апрель 2001 года, Подмосковье

Борис успел подзабыть свой первый и – до тех пор – единственный разговор с Анатолием. Были дела поважнее. Прежде всего – демобилизация. Приказ министра обороны уже вышел, командир части дал «добро», сейчас остаётся только шагнуть за порог контрольно-пропускного пункта – и рядовой воздушно-десантных войск Борис Алексеевич Луговой свободен, как птица. Впрочем, как всякая птица, демобилизованный солдат хочет прежде всего вернуться домой, обнять маму и наконец-то, после длительного перерыва, выспаться в своей постели.

Однако не успел Борис сделать три шага по направлению к остановке автобуса, как рядом затормозил знакомый «Лексус». Дверца открылась, и Анатолий ухмыльнулся парню:

– Ну, на этот раз доверишь – подвезти тебя?

После недолгого колебания, Борис занял место на сиденье рядом с этим странным человеком. Конечно, есть риск оказаться похищенным, и сыну знаменитых артистов такой опасностью пренебрегать нельзя, и всё же демобилизованный десантник умеет постоять за себя, а место позади водителя имеет свои преимущества.

– Вы можете подкинуть меня до электрички?

– Э, нет, парень, – ухмыльнулся Анатолий. – Это не по-нашему. Подкину я тебя домой, прямо к подъезду, но сначала давай-ка заглянем кое-куда, отметим твой дембель.

Борис пожал плечами. События развивались не вполне в соответствии с его планами, но пока видимых оснований для беспокойства не давали.