Читаем Стартеры полностью

Дорис и Тинненбаум обменялись взглядами. Она покачала головой. Их замедленная реакция только подтверждала мне, что он был там. Я знала, чего им известно не было: Старик умрет, чтобы увидеть меня.

— Я подожду, — сказала я.

Пятнадцать минут спустя охранник и Тинненбаум проводили меня вверх к лифту и затем вниз по длинному, закрученному коридору. Это не было похоже на путь к офису

Генерального директора. Я остановилась

— Куда вы мен ведёте? — спросила я.

— Ты хотела видеть его, — сказал Тинненбаум.

— Его офис здесь?

— Он любит делать всё по-своему.

Мне это не нравилось. В итоге мы пришли к металлической двери. Тинненбаум заговорил с невидимой панелью на стене.

— Она здесь, сэр.

Дверь соскользнула в сторону, исчезая в стене. Внутри было темно, почти полная темень, но маленький свет сверху светил вниз прямо на нас, пока мы стояли в проходе.

— Войди, — сказал голос. Я признала металлический синтезируемый голос Старика.

— Сэр? — сказал Тинненбаум.

— Оставьте её.

Охранник отпустил меня.

— Мы будем снаружи, — сказал Тинненбаум.

Дверь медленно закрылась, делая все ещё темнее. Я слышала шаги. Они звучали как издалека. Эта комната, наверное, очень большая, по размерам больше, чем какой-нибудь офис или конференц-зал. Я увидела пятно света до того как заметила что-то ещё, как жуткий маяк в конце комнаты. Пока оно приближалось, я видела, что эта была электронная маска, которую носил Старик. Предоставленное лицо не было человеческим

Это была змеиная голова. С гладкой чешуей и громадными темными глазами. Разветвленный красно-черный язык шевелился наружи.

Моё сердцебиения билось так сильно, что стало больно. Я просунула руку в свой карман и нажала бесшумную кнопку тревоги, чтобы сообщить остальным, я вычислила Старика. Теперь все что я должна была делать — это тянуть.

— Почему пришла сейчас? — спросил он, — Ты должны была прибыть в другой день, с остальными девочками и мальчиками.

— Я хочу предложить сделку.

— Сделку? Какую сделку? — змея открыла свою пасть, показывая клыки.

Выбранное изображение Старика было таким, чтобы напугать меня. Я изо всех сил старалась сохранять в голосе уверенность.

— Моя жизнь за моего брата.

— Тайлер?

— Да, — я ждала его реакции, подтверждающую мою догадку, что Тайлер находился где-то там.

— Не знаю, насколько эта идея хороша. Как мне знать, что ты не сбежишь?

— Я уверенна, вы найдёте способ, как удержать меня.

Лицо внезапно поменялось на женщину в болезненной агонии. Это перехватило моё дыхание. Он смеялся.

— Кто это? — спросила я. Женщина кричала и рыдала.

— Просто печальная леди. Мне кажется, кто-то убил её детей, — сказал он, — Возможно её муж.

— Это ужасно, — прошептала я.

— Но мы не говорим о ней, мы говорим о Тайлере.

Я вздрагивала, просто слыша, как его стальной голо повторяет имя моего брата.

— Если вы приведете его, и я его увижу, то я отдам свою жизнь взамен на него.

— Твое тело вместо него?

— Да.

— Это не совсем справедливо. Он моложе.

— Но он не так хорош.

— Отличный довод.

Лицо изменилось на женщину, которая попала в тюрьму после отравления своей семьи.

— Вы могли это остановить? — спросила я.

— Мне нравится твое мужество, Кэлли. Я принимаю твое предложение.

— Принимаете?

— Да. Но я не приведу его сюда. Ты просто поверишь мне на слово по тому пункту.

Теперь была моя очередь.

— Это не совсем справедливо.

— Я не думаю, что “базар” должен участвовать в разговоре.

— Да, это так, — сказала я, — Но вы первый начали.

— Ты умная. Я этим восхищаюсь.

— Вы должны будете что-то мне дать.

— Что? — спросил он, — Что ты думаешь, будет справедливым?

— Снимите вашу маску, — сказала я спокойно.

На момент он притих. Лицо женщины замерло.

— Снять её?

— Да, — сказала я, — Дайте мне увидеть ваше настоящее лицо.

Он изменил маску на лицо известного пантомима, полностью в гриме.

— Вот оно.

— Я так не думаю.

— Это лучшее из чего ты получишь.

— Тогда сделка сорвется.

Старик делает паузу. Когда он снова начинает говорить, его голос кажется более уверенным.

— Я могу и не заключать с тобой сделку.

— Но разница в том, что я свое слово сдержу. Так что если мы придем к соглашению, то я у вас буду добровольно. Навсегда. Меня, на брата, и я один раз посмотрю на ваше лицо. Это — всё.

— Ты всё ещё не понимаешь, что ты не в тех условиях здесь, со мной и моими людьми, — он сделал паузу и посмотрел вниз, — Ты делаешь это потому что, так сильно его любишь? — спрашивает Старик.

— Я — всё что у него есть.

Все лица которые я уде видела, опять промелькнули по нем, в быстрой последовательности, слева направо. Теперь с начала до конца, прокручиваясь. Потом все эпизоды смешались, и быстро мелькали лица: военный преступник, серийный убийца, затем пострадавший от ожогов, и женщина, рыдающая, от какой-то невыносимой боли.

Теперь образ распался на четыре части, завертевшись и взбаламутившись, пока не стал похож на ужасное месиво, и после того как издавать мерзкий вопль, в комнате повисла неестественная тишина. Мое порывистое дыхание было единственным, что я слышала.

— Это — то чего ты хочешь Кэлли? Ты хочешь увидеть меня настоящего?

— Вас настоящего, но не электронный коллаж.