Читаем Stars полностью

– Да, я начинал свою карьеру как оператор новостей и в 1957 году приехал в Советский Союз на съемки короткометражного фильма. Я провел несколько дней в Москве, снимая на улицах тайком. И в один прекрасный момент я попал на съемочную площадку «Мосфильма», где снимался фильм «Летят журавли». Мне посчастливилось встретить Татьяну Самойлову, Алексея Баталова и, конечно, Михаила Калатозова, режиссера фильма. Два дня я пробыл на съемочной площадке, группа меня хорошо приняла, мне показали исходники фильма и его монтаж. Я влюбился в этот фильм, мне он показался великолепным, и глядя на то, как работает Калатозов, я решил, что тоже буду режиссером. То есть, глядя на движение камеры этого фильма, я решил престать работать новостийным оператором и стать режиссером. Вот таким образом Россия сыграла очень важную роль в моей жизни. И этот фильм остается моим любимым. И, кстати, именно я выбрал этот фильм для участия в Каннском кинофестивале. Известно, что он получил «Золотую пальмовую ветвь». То есть я, в свою очередь, сыграл решающую роль в международной судьбе этого фильма.

Доводилось ли ему работать с русскими актерами, спрашиваю. Оказалось, зря.

– Я не знаю новых актеров, я плохо знаю старых, – посетовал на наш промоушен Лелуш. – Русское кино не популярно во Франции. Но я хотел бы некоторые важные сцены моего будущего фильма снять в Москве. Скоро я приеду на несколько дней в Москву, чтобы познакомиться с актерами и с техническими специалистами, отобрать места для съемок.

– Из всех актеров мира, с которыми Вы работали, с кем было легче всего работать? Кто стал приятной неожиданностью? И наоборот, с кем Вам не понравилось сотрудничать? – засыпала я его вопросами, требуя желтеньких подробностей.

– Вы знаете, – задипломатничал Лелуш, – это не в моих правилах плохо говорить о людях.

– Тогда скажите хорошо. – Я была сама покладистость.

– Я буду говорить только о хорошем, – приободрился Лелуш. – Все актеры, которые снимались в моих фильмах, доставили мне огромное удовольствие от работы с ними. Потому что я делал пробы до заключения контрактов. У меня было два-три, может быть, больше – три-четыре разочарования в актерах, но для сорока фильмов это не много. И я конечно же оставлю эти разочарования в себе, потому что не хочу помешать актерской карьере. Может быть, в том, что мы не сработались с этими людьми, есть и моя вина. Но их не было много. Я думаю, что на сорок фильмов три-четыре маленьких проблемы с актерами – это не много. Потому что во всех остальных случаях все проходило отлично.

Предлагаю бросить жребий или поставить диагноз – тиран или демократ?

– Я стараюсь ясно выражаться, – ответил за виртуального психоаналитика Клод. – Я пытаюсь точнее объяснить, чего я хочу, и когда я знаю, чего я хочу – это достаточно просто. Я думаю, что только те режиссеры, которые не знают, чего хотят, становятся тиранами, чтобы спрятать свою некомпетентность. Я думаю, что, когда знаешь, чего хочешь, ты – не тиран. Я не люблю тиранов ни в политике, ни в жизни, ни на съемочной площадке. Я люблю дискутировать и все обсуждать, стараясь найти решение с актерами и с остальными участниками группы. На съемках нужно уметь быть терпеливым и вместе с тем очень быстро реагировать. Потому что, когда актеры в отличной форме – происходит чудо, и это момент, когда нужно броситься и успеть все снять.

Заговорили о том, где Лелуш черпает вдохновение, особенно необходимое при создании шедевров.

– Любовь к жизни, – коротко ответил гений. – На мой взгляд, жизнь – это океан гадостей, и каждый раз, когда мы достигаем конца гадости, – мы счастливы. Я не думаю, что счастье существует. Счастье – это искусство подходить к концу гадости, к концу трудности. Мне это чаще всего удается. Моя собственная жизнь не раз послужила для меня источником историй для моих фильмов. Я стараюсь жить как можно интенсивнее, по максимуму. И чем дольше я живу, тем сильнее у меня воображение, а чем сильнее у меня воображение, тем больше я хочу снимать кино. То есть для меня феномен созидания – главное в моей жизни. И очень важно, чтобы в моей жизни происходило как можно больше событий, потому что чем их больше, тем больше шансов, что это попадет на экран.

Когда мои герои так долго и красиво отвечают, я иногда отвлекаюсь и смотрю по сторонам. На этот раз по всем сторонам висели красивые картины. Интересно, он сам их собирал?

– Это картины художницы Шаблие о Париже, – перехватил мой взгляд Лелуш, – они изображают парижскую жизнь и иллюстрируют песни Шарля Тренэ. Я нахожу их очень веселыми. Это почти как кино.

На классический вопрос всех журналистов мира о любимом блюде Лелуш как человек, семья которого имела отношение к Востоку, конечно же назвал блюдо арабской кухни – кускус (для тех, кто с бронепоезда, поясню: похоже на плов, только вместо риса – пшенка, да и специи другие). Когда стало понятно с закуской, пришлось, при всем моем отвращении к спиртному, спросить про напитки. Услышать про минеральную воду я и не надеялась.