Читаем Станция «Гермес» полностью

– Что ж, в связи с аварией условия для операции не совсем подходящие. Однако отступать мы не имеем морального права. Ну-с, начнем! Обрати внимание, Филенька, первым делом мы рассекаем межреберные мышцы и проникаем непосредственно в плевральную полость…

Антон услышал, как Феликс пробубнил что-то в ответ и вдруг все оборвалось. Выстрелом хлопнула дверь и внутрь ворвался поток воздуха. По залу пробежала тень.

Велесов застыл со скальпелем в руке. Глаза его забегали над марлевой повязкой, брови недоуменно поползли вверх. Он медленно повернулся в сторону входной двери.

– Это что… такое? Бедлам! Я не могу так работать, в конце концов!

Он наклонил голову по-бычьи и вдруг отпрянул, словно разглядел у двери нечто его испугавшее.

– Как вы осмелились… появиться?! – зарычал он. – Что все это значит, черт побери?

Вывернув шею так, что захрустели позвонки, Антону удалось разглядеть того, кто вызвал этот гнев.

У двери вырисовывалась фигура человека. Человек едва держался на ногах, словно после тяжелого изнурительного труда. Чтобы устоять, ему пришлось опереться на стену. Одежда его пропиталась водой и сам он был мокрый и взъерошенный, как воробей.

Хотя прошло не так много времени с тех пор, как они виделись в последний раз, Антон с трудом его узнал. Человек стоял, слегка сутулясь, втянув голову в узкие плечи. Лицо его было темным, почти черным, а тусклые сонные глаза исподлобья разглядывали находившихся в помещении.

Велесов на минуту потерял дар речи, а когда заговорил, то его тон чуть смягчился:

– Ну же, Павел Анатольевич! Его сиятельство доверил вам почетный пост… охрану рубежей! Прошу, немедленно вернитесь за пределы станции!

Тот не обратил на его призыв никакого внимания, шаря взглядом по сторонам. Когда в его поле зрения попали каталки со связанными девушками, его одутловатое лицо приняло настороженное выражение. Он приблизился и внимательно осмотрел пленниц.

Велесов успокаивающе замахал руками.

– Это не то, о чем вы подумали… Прошу не волноваться! С вашими девочками ничего не случится! Всего лишь мера предосторожности…

Человек моргнул, уперся взглядом в Велесова. Не произнеся ни слова, он принялся вертеть головой вокруг, пока не обнаружил торчащий из стены металлический стержень, что ранее удерживал рухнувший стеллаж. Одним сильным движением он выдернул держатель из гнезда и взвесил его в руке.

– Это что вы надумали, драгоценный? – подозрительно спросил Велесов и подался назад. – Вы отдаете себе отчет, к каким последствиям это может привести? Сейчас не время для сведения личных счетов…

Он не успел договорить, как наступавший взмахнул железной дубиной и нанес удар по ближайшему аппарату. Раздался звон стекла, куски алюминия разлетелись по полу.

– Я запрещаю вам! Остановитесь! Я приказываю! Именем графа!

Велесов еще что-то выкрикивал, рассерженно по-птичьи взмахивая руками, но фигура у двери неуклонно приближалась.

– Прекратить! – почти взвизгнул Велесов, мечась между столами. – Феликс, у нас нештатная ситуация! Срочно сюда!

Но Феликс, похоже, как сквозь землю провалился.

Удар, снова удар. Задыхаясь, шатаясь от усталости, Пылесос неистово крошил оборудование направо и налево. Оставалось загадкой, откуда у него брались силы. Велесов попытался было подобраться к нему поближе, но стальная палица просвистела почти у его носа и он едва успел отпрыгнуть.

– Да что вы делаете! – жалобно крикнул он. – Не трогайте кардиограф! Вы же всю аппаратуру нам разнесете! Вспомните, чем закончился ваш предыдущий бунт! Тюрьмой, забвением! Вам этого мало?

Он торопливо начал говорить, словно боясь, что не успеет выложить важную информацию.

– Вашим дочерям оказана большая честь! Они вступают в семью. Это зерно, из которого прорастет стебель обновленного человечества! Сегодня ваша дочь возляжет в саркофаг новой конструкции, дабы соединиться с новым кандидатом. Человеком порядочным и интеллигентным. Наш эксперимент ставит точку в вопросе бессмертия, что будоражил мир с момента зарождения науки! Вы, как отец, должны всячески приветствовать это знаменательное событие!..

Антон с большим увлечением наблюдал, как Пылесос расправляется с всеми приборами, что попадались ему на пути. Звон и дребезг стоял в ушах. Стеклянную утварь со столов он сносил одним ударом, над серьезными приспособлениями работал более тщательно, расплющивая корпуса и превращая их в бесполезные фрагменты. Железная его палица не останавливалась ни на секунду. При этом, несмотря на грозные предостережения и увещевания Велесова-старшего, человек постепенно подбирался к постаменту, где стоял графский саркофаг с нависающей над ним грандиозной механической свеклой. Оказавшись у полированного гроба, Пылесос остановился и переложил свое оружие из одной руки в другую. Осознав, что сейчас произойдет нечто непоправимое, чему он не в силах помешать, Велесов замолчал и застыл на месте, в отчаянии возведя руки к небу. Антон сам зажмурился, ожидая удара.

В этот момент труба фонографа ожила. Гулкий негодующий рокот разлетелся по залу.