Читаем Стандинг полностью

– Итак, – продолжает он, – научите их, своих девиц, презирать кокетство или, лучше всего, вбейте им в голову, что настоящее кокетство – это здоровье. Дохленькие девицы красиво выглядят только на страницах иллюстрированных журналов, но не надо подражать им. Ими надо не восхищаться, а, наоборот, жалеть их. Зеленоватый цвет лица производит фурор в Китае, но не у нас, где объективной реальностью является розовый цвет! Впалые щеки – это хорошо для описания портрета Козетты из «Отверженных». Плечи, как колючая проволока, точка подвески вместо задницы, козьи ляжки, ягодицы, как капли растительного масла, суставы, как черенки виноградной лозы, грудь N 0000,1 – все это годится только для марок, выпускаемых по случаю кампании по борьбе с туберкулезом, сынки мои! Но не для того, чтобы стать идеалом женщины, как говорит поэт!

Он набирает полную грудь воздуха и продолжает:

– Мать несет громадную ответственность, что касается девушки. Помимо того, чтобы та не стала кокеткой, она должна научить ее вкалывать с самого ранья. Еще пацанкой девица должна убирать свою постель, прибирать в комнате, стирать и, самое главное, уметь готовить.

Я знаю бабенок, которые намыливаются жениться, а сами не могут сварить яйцо. Если не брать в расчет идеальные случаи, зададим себе, граждане, вопрос: что же остается, что может скрепить этот союз? Когда мужик приходит домой из шахты, надо, чтобы кроме Зитрона по телеку, его ждало здесь что-нибудь более существенное! Окорок по-парижски, колбаски «Амье», ветчина в банках «Олида» на серебряном блюде вполне сойдут, если у тебя нет времени, и ты торопишься. Но мужчина нуждается в домашней стряпне, ему нужно что-нибудь вареное и жареное. Консервы из филе макрели в томате можно проглотить на скорую руку, так же как консервы из свинины с картофелем и кислой капустой. Что касается слипшейся лапши, то ею можно, на худой конец, заморить червячка в страстную пятницу. Но во всех остальных случаях, когда ты ставишь свои подставки под стол, ты имеешь полное право иметь на этом столе вкусные, изысканные и нежные блюда! Приличный кусок жареной говядины с салом, морковью и луком, кролик с горчицей, курица в сметане, фаршированный рулет, эскалоп в сухарях по-милански – вот сколько голов может забить жена в ворота уважения своего мужа. Я понятно излагаю?

Мы пылко высказываем свое одобрение.

– Вывод: девушек надо учить не только уплетать за обе щеки, но, кроме того, надо учить их готовить. В наши дни – это проще пареной репы, потому что у нас есть светила, которые распространяют кулинарные знания в массах. Я хочу привести в качестве примера человека, по поводу которого я хочу сказать, что он является французом нумбер ван. Это – Раймон Оливер. Тот самый человек, от имени которого у вас тает во рту, поет в желудке, приходит в экстаз слизистая оболочка. Он не только приводит в восторг гастронавтов, но и делится своими изумительными кулинарными познаниями с народом. Он публикует такие книжки, от одного чтения которых у вас начинают уставать слюнные железы! Не каждый может себе позволить пожрать в ресторане «Большой рот», но любой может купить прозу его владельца вместо его стряпни и сделать короткое замыкание в желудочном соке. Такие книги должны были в обязательном порядке входить в школьную программу, если бы у нас было настоящее министерство национального образования. Поэтому вам, будущим или почти будущим родителям, нужно устранить этот пробел в образовании ваших дочерей, научив их читать произведения Раймона. И, может быть, наступит день, когда эти олухи из шведского комитета будут присваивать Нобелевскую премию на только химикам, но и поварам. Раймон Оливер – лауреат Нобелевской премии по жратве! Я целиком за, более того, а за это ратую. Эту идею надо развеять по всем странам света, как это делает симпатяшка на обложке словаря «Ларусс»! Великие повара имеют право на все почести. Для них мало трех звезд на погонах, хотя это ва одну звезду больше, чем у вашего генерала. Я бы им без всяких нацепил сразу семь звезд. Дал бы им маршала, а что! А впридачу жезл для подмешивания соусов «Каррер», «Лассер» и прочих других.

Берюрье прокашливается, по привычке лезет рукой под стул за бутылкой красного, но вспомнив, что он сегодня на запасся горючим, обреченно машет рукой и, проглотив слюну, сосредоточивается на своей лекции.