Читаем Стань моей свободой полностью

— Только продажа, — доброжелательно отвечает Настя, кажется, понимая то, в чём ещё сомневаюсь я.

Мы выходим на улицу и, глядя на большие окна, я уже хочу вернуться. Если бы не другой город, сделала бы главным филиалом именно это место.

— Настя, а вы можете его попридержать? Мне нужно хотя бы пару дней подумать.

И посчитать, что я теряю, если магазин уйдёт в убыток.

— Могу, но только на два дня.

— Спасибо! — Солнце печёт затылок, туфли уже поднадоели, а я всё ещё там, внутри того, что мысленно уже называю «Саркани».

— Тогда на сегодня всё. — Настя надевает солнцезащитные очки. — Если появятся ещё варианты, я пришлю вам сообщение.

— Было приятно познакомиться.

— Взаимно, Алиса.

Обменявшись улыбками, мы расстаемся, и я не спеша иду в сторону парковки. Очень не спеша. Заходя в магазины через один и бесцельно бродя между стеллажами. Косметика, одежда, даже книги. Всё, что угодно, лишь бы отсрочить возвращение в гостиницу.

Я застёгиваю дорожную сумку в тот момент, когда в сознании проносится: «А с чего бы это?!»

И действительно, с чего вдруг я должна трусливо сбегать домой? Просто потому, что нужно переночевать с Яном в границах одной гостиницы? И отказаться от ещё одного просмотра, который ради меня Настя устроит чуть ли не в шесть утра? Я обещала ей подумать, а сама пошла собирать вещи, но сейчас…

Резким вжиком я расстёгиваю молнию и отбрасываю сумку на кресло. Заказать ужин в номер? Надо бы, но вместо этого я подхожу к зеркалу, чтобы подкрасить губы и глаза. Усмехаюсь своему отражению и меняю простые золотые серьги на массивные и сверкающие, превращаясь из владелицы магазина во владелицу сердец. И других мужских органов.

Казалось бы, что такого — платье всё то же, туфли простые, а в зеркале отражается совершенно другая женщина. С чуть вьющимися после тугой причёски длинными русыми волосами и с, горящими предвкушением, зелёными глазами.

Незамысловатый зал ресторана обращается ко мне взглядами двух официантов и пары-тройки гостей. Улыбнувшись сразу всем и никому, я занимаю тот же столик, что и утром.

Два явных командировочника и один представительный мужчина средних лет интереса не теряют, и я их понимаю. Чем им ещё развлечься в старейшей гостинице города, которую открыли в далёком 1974 году? Да, ремонт придавал свежести и современности интерьеру, но советский дух так и не выветрился из этих стен.

— Добрый вечер! Что будете заказывать? — Вряд ли официант подкрадывается неслышно, скорее это у меня мозг занят не тем.

— Кофе и чизкейк, — не глядя в меню прошу я и раскрываю ноутбук.

Сходить в суши неподалёку было бы слишком просто. А так пульс медленно, но верно ускоряется, дыхание приходится контролировать, а пальцы то и дело слишком резко щёлкают по клавиатуре. Сплошное веселье.

Интересно, а есть пластические операции, которые вправляют мозги на место? Хотя, подозреваю, что в моём случае не поможет и это. Улыбнувшись подавшему кофе официанту, я захожу в свою почту и пропадаю.

За последние пять лет ни разу не было такого, чтобы я просто прочитала письма и вышла. Ни разу. Это как лавина — откроешь одно и понеслось… Недоделки, недочёты, какие-то раздражающие мелочи, которые не заканчиваются никогда. Вот и сейчас, помимо того, чтобы ответить важным и удалить неважных, я перехожу на сайт, где вчера заказала долбанные пожарные таблички. Потому что у них что-то пошло не так и доставка отложилась на неопределённый срок.

Иначе и быть не могло, это же я!

— Как всегда соблазнительна, — слышится мягкий голос, но мне уже не до этого.

— Угум. — Кофе закономерно остыло, а чизкейк заветрился.

Ни одна компания не может сделать мне эти дурацкие таблички до понедельника! Ни одна! Это что, всеобщий заговор против маленькой и слабой меня?! Ну-ну, сейчас я им устрою переворот…

Крышка ноутбука захлопывается перед моим расфокусированным взглядом.

— Не думал, что ты станешь трудоголиком.

Ян. Я со своими идиотскими наполеоновскими планами касательно его предательской персоны. И пожарные таблички, которые закономерно отправляются к чёрту.

Вот как он смотрит! С откровенным удовольствием, осязаемым взглядом скользя по моим губам, шее, тем самым серьгам и возвращаясь к глазам.

— Не знала, что ты умеешь думать, — усмехаюсь я в ответ и зову официанта, чтобы обновить кофе.

Встать и уйти это тоже слишком просто.

— А ты изменилась, Алиса.

Как можно выражать столько всего одним взглядом?! Тут и желание, куда без него, и интерес, причём искренний. И да, не надо быть знатоком, чтобы увидеть его, непонятное мне, наслаждение этой встречей. Соскучился?

От одного только предположения вышибает дух, но, к счастью, у меня хорошая память.

— Зато ты нет, — разочарованным взглядом я прохожусь по сильной шее и квадратному подбородку. Мда… Смотрела бы ты, Алиса, лучше в глаза. Хотя лучше ли?

— Рискнёшь проверить? — Ян резко подаётся вперёд.