Читаем Стамбульский ветер полностью

Тогда, в начале октября, я окончательно решила уйти из редакции. Мы с Наташкой были в Театре Ленсовета на «Пяти вечерах» Володина – и весь спектакль я только и думала, что любовь – это не громкие слова, а поступки, на которые мы готовы ради того, кого любим. Днем в редакции был коллега главвреда, я не запомнила снова его имени, как и в тот раз, когда меня ему представили, как будущую звезду журналистики. Самым удивительным было, что он мне предложил работу в своей редакции в Москве. Раньше я бы танцевала прямо в кабинете от такой новости, но сейчас это все было совсем неважно. Я впервые мечтала о другом: я хотела свой маленький уютный дом, своего мужа и я уже любила нашу будущую доченьку. Я не сомневалась, что однажды у нас родится девочка. И к тому времени, как это произойдет, у нее должны быть самые лучшие родители в мире и самая красивая комната. Мне тогда казалось, что для счастья достаточно просто захотеть его вдвоем.

Ради него я оставила все: редакцию, ночные разговоры о поэзии, свои мечты о собственном сборнике рассказов. Я вдруг захотела жить его жизнью, его заботами. Я училась готовить то, что он любил, училась стирать его рубашки, ходить на танцы вместе с другими молодыми офицерами и их женами. Я решила стать образцовой женой и очень скоро на нашу молодую семью обратил внимание начальник части. Мой муж кружил меня на руках и зацеловывал все лицо, пытаясь выразить как он благодарен за все, что я делала ради нас.

А потом родилась наша Дашенька. И я поняла, что нет в мире большего счастья, чем у меня. Ее крошечные пальчики обхватывали мой пальчик и это сжимало мою душу сильнее, чем любые обязательства, любые страхи, любые обещания. Моя любовь к дочке и мужу были безграничны. Я любила их так, как не любила в жизни никого. Когда он впервые взял нашу девочку на руки, я видела в его глазах ту же бесконечную любовь, которую чувствовала сама. Мы любили нашу девочку за каждый вздох, за каждый новый звук, за каждую капельку слез, за каждый смешок, за каждое агу и за каждую улыбку. Она стала нашим смыслом, нашим сердцем, нашей жизнью.

Сквозь отурытую дверь я видела Милену, она стояла у раковины спиной ко мне и разбирая пакеты. Я отвернулась от ноутбука и второй раз за этот день тихонько расплакалась. Как это – родиться в семье, где тебя так любят родители, что готовы оба отказаться от своих планов и мечты ради тебя и друг друга. Я никогда не знала такой любви. Моя мать отвернулась от меня и оставила отцу. А отец женился на Любе и всегда был строг со мной. Наверное, он был строг не только со мной, но и с собой тоже. Но от этого мне не становилось легче. Мне вдруг стало холодно в комнате, хотя окна были плотно закрыты. Я сжалась в кресле, подтянула колени к груди, как делала в детстве, когда становилось особенно одиноко и неуютно. На кухне что-то негромко громыхнуло. Я вздрогнула и пошла посмотреть.