Читаем Стальные грозы полностью

«Врет как дышит, – подумал Растов. – Ну кто ему, полковнику комендатуры, в органах военной юстиции даст взять что-то там под свой контроль? В чем он может вообще «разобраться»? С другой стороны, будь я на его месте, я бы тоже так врал… Главное ведь что? Избежать кровопролития! Сделать так, чтобы дети сложили оружие, чтобы не сели в ту же самую Синанджскую тюрьму на всю оставшуюся…»

Тем временем Портной понемногу закруглялся:

– Поэтому, благоверная Малат, я предлагаю вам всем сложить оружие. И по одному, с поднятыми руками, идти в сторону вон тех бронемашин.

– Вы должны письменно закрепить свои обещания! – потребовала Малат.

Полковник не стал спорить.

– Я готов, – легко согласился он. – Но только сама посуди: как я буду заниматься бумагой под прицелом всережимной винтовки? Скажи, пусть уберут хотя бы ее и автоматы!

Малат кивнула и начала что-то говорить на фарси своим кунакам. Но Растов не чувствовал ни капли облегчения.

Наоборот.

Что-то новое, дикое давило на психику.

Росло и ширилось.

Внезапно вышел на связь капитан Листов, командир разведвзвода. (Точнее сказать, был он командиром всей их батальонной разведки, а это целая рота на смешанной матчасти. Но основные силы роты остались в Синандже, а Листов лично возглавил командированный на рудники первый разведвзвод – танковый, на «ПТ-50».)

Голос капитана был напряженным.

– Товарищ майор, тут странный доклад поступил, – сказал Листов.

– Слушай, а может, подождет? – перебил его Растов.

«Ну что за люди?! Нашел время для «странных» докладов, когда тут такой цирк с конями!»

– Не подождет, товарищ майор, – не отступал Листов. – Мой разведдозор имеет контакт с крупными неопознанными целями.

– Что?

– Это не наша техника. И не клонская.

– А какая тогда?

Внимание Растова было приклеено к полковнику Портному и храброй кареглазой Малат. А тут какая-то «не наша техника»…

– Разведдозор опознать затрудняется, – сказал Листов. – А видеоканала от него нет.

– Доложишь, когда будет, – отмахнулся Растов.

И тут видеоканал открылся

Да что там какой-то жалкий «видеоканал»! Прямая оптическая видимость!

Первой истошно, по-девчачьи, завизжала Малат.

Правильное лицо благородной дикарки было искажено гримасой первозданного ужаса. Ее расширенные глаза смотрели куда-то поверх головы полковника. Вдаль, на крышу насосной станции.

Полковник Портной немедленно обернулся, проследив взгляд собеседницы.

Он, конечно, не завизжал. Но Растов видел: аж присел.

– Майор, погляди-ка по азимуту триста, – попросил Портной по внутреннему каналу связи, кое-как совладав с волнением.

Растов повиновался. И пока он, свесив от удивления челюсть, наблюдал разрастание смутных великанских теней за фиолетовой завесой ливня, Портной продолжал:

– Я понятия не имею, что это за херня, но ты… ты же все-таки сын Председателя Совета Обороны! Батя твой про такое вот не рассказывал?

– Батя?.. Отец, что ли? Погодите, я думаю…

Поначалу майору казалось, что к ним приближаются летательные аппараты.

Диковинные, медленные, летящие то ли на антигравитации, то ли по типу дирижаблей, на гелии каком-нибудь…

Аппараты имели непропорционально раздутые «головы», которые Растов и принял за баллоны дирижаблей. Под ними угадывались несколько кабин. Или, быть может, двигательных групп – тоже, к слову, усиливающих аналогию с дирижаблем.

Но потом парсер дорисовал то, что ранее показывалось лишь на миг и мелькало слишком быстро, вновь скрываясь за терриконами, – ходильные конечности!

Да, то были не дирижабли.

И вообще не летательные аппараты.

Это были машины.

И они шагали.

Причем если поначалу скорость их движения была оценена Растовым как умеренная, то потом его мозг наконец осознал масштаб аппаратов и ужаснулся: гиганты неслись под сто километров в час, а может, и быстрее!

И это при том, что каждая стопа такого шагохода накрывала «Т-14» полностью.

«Но как это физически достижимо? Такая скорость при таких габаритах?! И при таком… рельефе?!» – недоумевал Растов.

Еще пара секунд – и майор пересчитал цели.

Их было пять.

– Рота, к бою! – скомандовал Растов. – Пять неопознанных наземных целей. Азимут двести девяносто! Зарядить кумулятивные! В лирику категорически не впадать!

– Отставить «к бою»! – вклинился Портной. – Майор, я строго приказываю вам разрядить орудия и не включать автоматику на сопровождение!

Будь Растов зеленым лейтенантом, он бы, конечно, спросил полковника: «А почему?»

Попытался бы объяснить ему, что ротой командует он, а не полковник. Что жизнь танкистов в его руках, на его ответственности. И что это он пойдет под трибунал в случае чего. И в ад попадет, кстати, тоже он. Если не выложится до последнего «за други своя».

Но Растов был закаленным ветераном, и ему не нужно было убеждать самого себя в том, что ротой командует именно он, а не Портной.

– Я прошу прощения, товарищ полковник, – отчеканил Растов, – но в данной ситуации я не имею права выполнять подобные приказы.

Башни танков развернулись в сторону неопознанных шагоходов.

То же проделали и машины разведвзвода.

И бронетехника мобильной пехоты.