Читаем Сталкер 2 полностью

Вот голос Монолита снова стал громким и отчётливым. Невидимый штурмовик прошел буквально в метре от меня, удаляясь в сторону леса. Дожидаясь его возвращения, чуть не заснул. Пропустив его, тихо метнулся следом, ориентируясь на тот же голос. Зайдя в не просматриваемую со стороны Барьера зону, монолитовец снова проявился и тяжко опустился на первое же поваленное дерево, резко повернувшись ко мне лицом, явно ощутив близкое присутствие посторонних. Я едва успел исчезнуть и сместиться в сторону, где переключил режим маскировки под гнилой пень. Вроде бы обошлось. Из-за скверного состояния опасный враг посчитал меня случайно промелькнувшим зверем. Выглядел штурмовик выжатым лимоном. Тело излишне напряженное, всё лицо и волосы мокрые, капли пота сливались вместе и скатывались вниз горячими струйками. Вокруг глаз образовались тёмные круги, руки заметно подрагивали. Поддержание полной невидимости и поиск мин потребовали от него изрядно усилий, к настоящему моменту полностью истощив организм. И даже слышимый с его стороны голос Монолита стал каким-то вялым и блёклым. В нём добавился шум ветра в кронах деревьев и треск электрических разрядов раскинувшейся неподалёку одиночной 'электры'. Я понял — лучшего момента для ментальной атаки сложно найти. Стоит ему хоть немного восстановиться и перебороть тот чарующий голос у меня просто не хватит сил. Поставив на воспроизведение плеера в КПК тяжелый рок, я адресно обрушил собственные ощущения на отдыхавшего монолитовца. Потянулись долгие мгновенья невидимого глазу противостояния. Грохотал в моей голове забойный гитарный ритм, всё больше прибавляя громкости, он выплёскивался потоком в сторону сидящего на бревне человека, но тот совершенно не реагировал на моё воздействие, как будто его и не было вовсе. Музыка Монолита берегла и охраняла его покой. Понимая, что время сейчас играет против меня, я сильно напрягался и постарался выжать всё из себя, дабы проломить эту защиту, хорошо чувствуя, как моя крепко связанная с ритмом воля столкнулась с серьёзной преградой. Преграда казалась абсолютной и совершенно непреодолимой, но именно сейчас по ней змеились мелкие едва заметные трещины. Нужно ещё чуть-чуть поднажать, чуток подтолкнуть. Я мгновенно взмок, постаравшись отстраниться от всего прочего. Только эта трещиноватая преграда и только моя воля пробить или проломить её. Ритм музыки становится злее, вибрируя на низкой ноте, мелкая трещина вдруг поймала резонанс, быстро удлиняясь и разветвляясь. Ещё чуть-чуть, успех близок. И вот появляется первая дырочка, куда стремительно устремляется весь мой поток, размывая, разламывая и окончательно разбивая сдерживавшую его ранее преграду. Штурмовик вдруг застыл без движения на пару секунд, затем схватился двумя руками за голову, а его рот раскрылся в беззвучном крике. Вздохнуть и выдохнуть он тоже не мог. Его глаза постепенно вылезали из орбит, страшная мука перекосила лицо. Резко дёрнувшись всем телом, он свалился на землю, где и застыл без движений. Я с трудом убрал своё воздействие, вываливаясь из глубокого транса. Тело мгновенно прострелила боль и скрутила сильнейшая судорога. Я запаниковал, поняв, что тоже не могу вдохнуть и пошевелиться. Ментальная схватка связала вместе наши тела и теперь меня ждёт неминуемая расплата. И лишь мысль о том, что важное дело ещё не доведено до конца, заставляла бороться с навалившейся немощью. Паника сменилась холодной злостью. Буквально разрывая решающим усилием воли собственные лёгкие, я сумел вздохнуть, а затем и выдохнуть. Грудь пронзала острая боль, но я дышал. Один вдох… другой… третий. Сковывающая тело судорога медленно сдавалась моей решимости жить и побеждать. И когда процесс дыхания стал полностью автономен, перенапрягшееся сознание погасло.