Читаем Сталин полностью

В предыстории нашего героя есть одно важное обстоятельство, с которого и надо начать. Его прадед, по имени Заза (вариация имени Иосиф), был крестьянином (пастухом), его детям Вано и Георгию удалось подняться на одну ступеньку социальной лестницы — Вано выращивал виноград и торговал им, Георгий был владельцем придорожной харчевни. Но первый рано умер, а второго убили грабители, и, едва приблизившись к нижнему уровню среднего класса, родичи Сталина были сброшены с той высоты, на которую с таким трудом взобрались. Не легче пришлось и отцу нашего героя, Виссариону Джугашвили. Он перебрался из родного села Диди Лило в Тифлис, где стал работать на обувной фабрике, потом переехал в городок Гори и открыл собственное дело. Он был грамотен, знал русский, армянский, азербайджанский языки, мог на память рассказывать целые главы из поэмы Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре», главная идея которой — борьба за единое государство против самоуправства феодалов. Сначала дела Виссариона пошли успешно, в его мастерской, чтобы справиться со всеми заказами, работали два помощника. Он женился на восемнадцатилетней сироте Екатерине Геладзе, дочери садовника. Она была красива, привычна к труду и даже умела читать и писать.

У них родились три сына. Первые двое умерли в младенческом возрасте, третий, нареченный Иосифом (по-домашнему — Coco), родился 6/18 декабря 1878 года и был крещен 17/29 декабря, о чем была сделана запись в метрической книге Свято-Успенского собора.[1] Единственный сын, он рос под неусыпным надзором матери. Здоровье у него было слабое, он переболел оспой и тифом, и лицо его было отмечено оспинами.

Судьба нашего героя сложилась бы иначе, если бы его отец успешно продолжал свое дело. Но маленький Гори в начале 1880-х годов испытал последствия глубокого экономического кризиса, накрывшего всю империю. Промышленный спад, расстройство денежного обращения, неурожай и огромный государственный долг, выросший со времен Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, — все это придавило тысячи предпринимателей. Кроме того, в Европе происходили большие экономические перемены, вызванные появлением там дешевого американского зерна. Заокеанские фермеры благодаря использованию машинной обработки почвы, элеваторов, конвейеров, мощных сухогрузов для перевозки зерна вызвали потрясения на международном рынке продовольствия и поставили Россию, где зерно являлось основным экспортным товаром, в очень трудное положение.

Семья Джугашвили тоже пострадала. Заказчиков стало мало, Виссарион пил, часто менял жилье. Семейная жизнь разладилась, и Виссарион оставил жену. Он, правда, пытался забрать сына, однако Екатерина не отдала.

То, что мальчик потом овладел русским языком, с отличием окончил духовное училище в Гори, поступил в Тифлисскую духовную семинарию, — все это благодаря матери. Ее заработок прачки был ничтожен, но она выучилась кройке и шитью, освоила новую профессию модистки (портнихи), стала больше зарабатывать. Ее несгибаемый характер передался и сыну.

А что Иосиф? Он в раннем детстве получил тяжелую травму руки и ноги — на него налетел фаэтон — левая рука стала плохо сгибаться в локте. И вот этот покалеченный мальчишка в кругу ровесников был лидером, верховодил в драках «стенка на стенку».

В семинарии он вначале учился хорошо. Кроме истории, литературы, латыни, древнегреческого, алгебры, физики, логики, психологии, философии, там преподавали Священное Писание, библейскую историю, историю Церкви, богословие, практическое пастырское руководство, литургику, гомилетику (искусство составлять проповеди), церковное пение. После семинарии он должен был стать священником, как хотела его мать.

Но не стал. Почему? Причин много. Одна из них — положение провинциального православного духовенства в конце XIX — начале XX века. Проводя либеральные реформы 1860–1870-х годов, центральная власть мало внимания обращала на положение прозябающих в бедности сельских батюшек, которые являлись ее единственными идеологическими союзниками. В глазах либеральной интеллигенции, священники символизировали «темные силы», а государство не пыталось воздействовать на общественное мнение. Оно подвигало подданных к индивидуализму, развитию предприимчивости, правовой грамотности и другим основам рационального жизнеустройства, а Церковь оставалась в прошлом. Власть не подготовила идеологов будущей России.

Этот разрыв не мог не ощущать и Coco. Глухие подземные гулы уже доносились и до кавказской окраины. Некоторые знакомые Coco или родственники знакомых участвовали в работе оппозиционных кружков, высказывали «прогрессивные» мысли, мечтали о каких-то переменах.

В пореформенное время учащаяся молодежь первой ощутила разрыв между либеральными перспективами и традиционной действительностью и с юношеской дерзостью стала искать выход. За год до прихода Иосифа в семинарию из нее были отчислены 83 семинариста за массовое неподчинение ректору. В 1886 году девятнадцатилетний семинарист Лагиев заколол кинжалом ректора. Далеко не случайно, что многие революционеры были в прошлом семинаристами.