Читаем Сталин и деньги полностью

Мне дали на выступление 30 минут. Главные возражения я направил против коммерческого краткосрочного креди­тования, подчеркивая, что возродится автоматизм, который создаст для предприятий возможность по нескольку раз по­лучать денежные средства на одни и те же цели. Тем самым контроль рублем ослабнет, социальная роль финансов пони­зится, государство лишится одного из важных рычагов управ­ления народным хозяйством. В результате пункт проекта о коммерческом краткосрочном кредите и векселях провалил­ся при первом чтении и сразу же был вычеркнут.

Относительно пункта об очередности платежей я гово­рил, что он подрывает госбюджет и, ликвидируя гарантированность поступления в первую очередь именно в него всех денежных средств, может нанести ущерб социалистическо­му воспроизводству, обороне страны, многим государствен­ным мероприятиям. Это произвело сильное впечатление. Пункт забаллотировали. Равным образом провалились пред­ложения о пополнении оборотных средств за счет госбюдже­та, о замене в некоторых хозяйственных отраслях заемных средств собственными и другие. Не согласились с моим мне­нием при чтении пункта о кредитовании по обороту. Я считал его ненужным, ибо миновало время, когда коммунисты руко­водили делами «вообще», а хозяйство вели «спецы».

Ведь банк, говорил я, кредитуя оборот, получит возмож­ность участвовать в формировании оборотных средств и тем самым контролировать их. Представители банка, если это ему выгодно, будут вмешиваться в работу предприятий и за­жимать инициативу их руководителей. Вместо поощритель­ной политики возникнет тормоз. Но большинство мою точку зрения не поддержало, и предложение прошло. Между про­чим, жизнь показала, что кредитование по обороту позднее развивалось у нас успешно. Оно стало перспективным делом, а некоторые товарищи защитили докторские диссертации на эту тему... Значит, в этом пункте я был неправ. Но в целом ре­форма так и не состоялась.

Банковский кредит в социалистическом обществе явля­ется одним из очень важных элементов распределения и пе­рераспределения совокупного общественного продукта и национального дохода. Будем, однако, помнить прежде всего о роли Советского государства — главного орудия построе­ния социализма и коммунизма. Проще говоря, не следует за­бывать, какой фактор тут хозяин, а какой — слуга...

По роду моей работы я все чаще участвовал, естественно, в обсуждении различных вопросов на заседаниях ЦК ВКП(б) и Совета Народных Комиссаров, не раз присутствовал на засе­даниях Политбюро ЦК ВКП(б). Советское правительство все­гда интересовалось финансами, уделяло им большое внима­ние. Я особенно ощущал это при обсуждении этих вопросов не только как нарком, но и как председатель Государственной штатной комиссии при Совете Народных Комиссаров СССР, а позднее — как председатель Валютного комитета. Централь­ный Комитет требовал экономить там, где расходы казались недостаточно обоснованными. Мне как наркому наибольшие затруднения доставляли случаи, когда приходилось просить разрешения на дополнительную эмиссию — выпуск в обра­щение новой порции денежных знаков. Признаюсь, что не­редко я чувствовал себя в такие минуты неважно. В ЦК ВКП(б) принимали предложения о новой эмиссии очень неохотно, а уж если принимали, то всегда требовали, чтобы одновремен­но были представлены предложения по обеспечению воз­врата выпускаемых денег, когда эмиссия не обусловливалась экономической необходимостью.

Существует латинская пословица «Кому выгодно?». Этот вопрос задают, когда хотят разобраться в запутанном деле, выяснить побудительные мотивы действий, понять, во имя чего совершаются поступки. Словом, надо смотреть в корень.

Очень часто сей корень определяется политической борьбой или экономическим моментом. Выяснишь, кому вы­годно происходящее, и сразу многое становится на свое ме­сто. Профессия финансиста такова, что здесь прибегать к ла­тинской пословице приходится, пожалуй, значительно чаще, чем в любой другой отрасли. Коль скоро мы являемся не «фи­нансистами» вообще, а работниками именно советской фи­нансовой системы, для нас экономически целесообразной будет только такая постановка вопроса, при которой может получить выгоду Советское государство. Это первая заповедь для всякого, кто приходит в финансовое ведомство СССР. Вот почему все, что делалось в годы существенного переустрой­ства нашего наркомата и пересмотра его деятельности, сле­дует преломлять через призму экономической целесообраз­ности в рамках социалистического общества. То, что успешно прошло проверку временем и самой жизнью, пусть уцелеет и получит положительную оценку. Непригодное должно быть расценено историей отрицательно.