Читаем Сталин полностью

Осенью 1923 года и в 1924 году Сталин в борьбе с Троцкими его сторонниками мог опираться на двух самых авторитетных большевистских руководителей — председателя Исполкома Коминтерна Зиновьева и Каменева, одного из заместителей Ленина. Сталин точно знал, чего он добивается. Зиновьев и Каменев рассчитывали, что Коба, имеющий узкий теоретический кругозор, не представляет собой настоящего соперника для них. Троцкий казался им более сильным противником, поскольку как теоретик, военный и политический руководитель он считался весьма популярным вождем партии. Напротив, Сталина даже в начале 20-х годов знали сравнительно мало. Самым убедительным доказательством политической и интеллектуальной недооценки Сталина является то, что Зиновьев и Каменев оставили практически без внимания пожелания Ленина о перемещении Сталина. Естественно, этот факт свидетельствует скорее об ограниченности политической прозорливости Зиновьева и Каменева. (Но Троцкий тоже в этом вопросе не проявил дальновидности.) Вожди-интеллектуалы пришли к компромиссу, оставив Сталина на посту Генерального секретаря ЦК. Они полагали, что такое решение принесет наименьшее зло. В тот момент руководящая «тройка» — Каменев, Зиновьев и Сталин — взяла на себя все функции власти. Последствия этого рокового компромисса, заключенного весной 1923 года, проявились только через несколько лет.

Неудачей закончилась и другая попытка. Летом 1923 года группа партийных деятелей, среди них Бухарин, Зиновьев, Ворошилов, Евдокимов и другие, провели импровизированную встречу во время отпуска в Кисловодске. На ней шла речь о необходимости выступить против разраставшейся административной власти Секретариата и Оргбюро ЦК партии. В результате очередного компромисса было предложено ввести Зиновьева в состав Оргбюро, руководимого Сталиным, но он посетил его заседания всего один или два раза.

В течение 1924 года упомянутая «тройка» окончательно отстранила Троцкого от власти. В ходе этих боев Сталин еще больше упрочил свои позиции в аппарате партии, прежде всего благодаря тому, что более профессионально разбирался в организационных вопросах, чем остальные члены руководства. Его высокоинтеллектуальные товарищи меньше внимания обращали на административную сторону вопросов, чем на теорию. И это было общим заблуждением в их кругах. С начала 20-х годов сторонники Зиновьева имелись в основном в Петрограде. Годы, проведенные Зиновьевым во главе Коминтерна, ослабили его связи со страной. К тому же Ворошилов, участвовавший в так называемом «пещерном»[69] совещании в Кисловодске, очевидно, раскрыл перед Сталиным планы его соперников.

Политическое соотношение сил оставалось неизменным как в январе 1924 года, так и в мае на XIII съезде партии. Идейные дискуссии шли под флагом кампании борьбы с троцкизмом. Каменев на съезде очень своеобразно ответил на требование оппозиции о расширении демократии. Он говорил о том, что сейчас требуют демократии в партии, завтра уже потребуется демократия в Союзе, послезавтра беспартийные рабочие могут сказать: «Дайте нам такую же демократию», и, наконец, многомиллионные крестьянские массы начнут требовать: «Дайте демократию!» Позднее за это ему еще предъявят счет.

Весь 1924 год после съезда прошел под знаком антитроцкистской кампании, в которой сторонники Каменева сыграли значительную роль. Осенью дискуссии возобновились с новой силой. 17 ноября Каменев выступил в Московском комитете партии, 19 ноября в ВЦСПС, а 21 ноября перед военными руководителями, критикуя Троцкого и излагая историю троцкизма. Он характеризовал троцкизм как самостоятельное политическое течение, которое всегда выступало и выступает против официальной партийной идеологии. На Пленуме Центрального Комитета в январе 1925 года Зиновьев и Каменев требовали принятия организационных мер, для того чтобы сломить влияние Троцкого. Они предложили исключить Троцкого из партии большевиков. Но Сталин, очевидно по тактическим соображениям, не поддержал эту инициативу. Он считал, что Троцкого пока достаточно лишить руководящих постов в армии. В то время партия только начинала знакомиться со сталинской тактикой постепенных шагов. Ошибки оппозиции прежде всего состояли в том, что ее лидеры плелись за событиями. Из-за своих личных амбиций они не сразу поняли опасность усиления ведущей роли Сталина и вытекающие отсюда непоправимые последствия. К тому моменту, когда они объединились против Сталина, последний легко мог выдвигать против них обвинения в беспринципности и в «гнилых» компромиссах. И это были отнюдь не беспочвенные обвинения.