Читаем Сталь и песок полностью

Проснувшийся главный калибр, мощно гавкнул громоподобной мелодией. Выстреливаемые снаряды, больше походили на ракеты. Вырвавшись на простор, гладкие тела, покрывались оперением и опираясь на выросшие струи пламени, смертоносные иглы, устремлялись к воротам. Широкий дымные следы, словно нити паука, исчезая в проеме с диким ревом, сотрясали стены гулкими разрывами сотрясавшие внутренности ангара изнутри.

Пехота дождалась третей очереди огненных птиц, гуськом пробиралась вдоль стен. Стараясь как можно дальше держаться, от смертельных потоков, подобралась к воротам.

Закончив грозную песню, машина поспешила убраться с линии ответного удара. Рванувшись назад, взвизгнула тормозами. На огромной инерции развернувшись, затормозила вращение, вырвав со стены сноп иск.

— Все парни, если от туда еще хоть кто-нибудь чихнет, я месяц не буду мыться…, — довольный собой, устало выдохнул Косяк. Встряхнув начавшие неметь пальцы, наклонился к призрачному силуэту командира, — Эй ну вы, что там уснули? А где аплодисменты?

— Ага, а мот тебе еще трусики начать бросать? — между делом, ехидно предложил Дыба. Проверяя готовность турбин, поддал мощности, ожидая команды Черепа, сдерживал рвавшуюся мощь установок.

— Неее… только не твои трусы. Тем более, после такой заварушки…

— Внимание… — отрывисто бросил Череп. Получив от капитана, зеленый свет, добавил, — Дыба — вперед. Косяк — разуй глаза на ширину плеч…

Огромное ангар раньше был весь светлый и просторный. Но представшая картина удручала очагами разрушений. Чадившие без воздуха пожары, подняли в высоким потолкам тучи гари. Клубясь под потолком в причудливых изгибах, гарь опадала остывшей сажей на разорванные останки машин так и не успевших выехать из боксов.

Мелкая крошка разбитых разрывами стекол высились кучками под ослепшими окнами. Падающие с протяжным скрежетом балки боксов, то и дело укрывались искрами коротких замыканий. Среди картины разрушения выделялись целыми формами только фигуры снующих пехотинцев, рассредоточившись по ангару пехота искала уцелевших. Оставляя без внимание фигуры разодранных декомпрессией людей, искали тех кто был в скафандрах, без церемонно стаскивая неподвижные тела в кучу, бродили между трупами, подобно ангелам смерти собиравших кровавый урожай.

— Вот дерьмо, — тихо проговорил Косяк. Рассматривая лужи крови и останки разорванных тел, проступавшие сквозь обвалившиеся конструкции, стрелок подавленно забормотал, — …дерьмо…дерьмо…

Одно дело воевать с коробками среди которых трудно узнать живых людей, а другое дело смотреть глазами на дело рук сотворивших эту безумно кровавую картину смерти.

— Косяк ты чего? — заволновался Дыба. Услышав зациклившегося Косяка забеспокоился, — Эй Косяк, ты чего там бормочешь. Эй?! Ты куда пропал?…

— Дыба уйди. Плохо мне…, — почти не слышно, отозвался Косяк. Рассматривая дело своих рук, постепенно проваливался в глухонемую нереальность. Моментом обесцветившись до серости, звуки и краски расплывались во мраке нахлынувшего тумана, а изломанные смертельной агонией тела, вдруг обретали яркость. Врываясь в сознание, сквозь сжатые веки, начиная шевелиться и раздирать криками горящей боли…

— Косяк! Косяк, возьми себя в руки, твою мать, — кричал в эфир, охрипшим голосом Дыба. Лишенный возможности, привести в чувство, увесистыми затрещинами, зло выругался, — хватит сопли распускать! Ну соберись! Слышишь меня?!

— Слышу, слышу…, — возвращаемый в реальность отборными ругательствами, вяло отозвался Косяк. Встряхнув звенящую голову, поморщился. Шея горела огнем от сработавшего "ежа", чутко отреагировавшего на показания датчиков — Вот колючий уродец. Опять всего исколол…

— Уф…, — облегченно выдохнул Дыба. Мысленно воздвиг памятник, конструктору медицинского "ежа", — ты чего это расклеился?

— Потом поговорим… Череп я готов, что там дальше? — вялым голосом, отрапортовал Косяк. Звенящая пустота ложилась на картины кровавой бойни туманом равнодушия, спокойствия которое не давало сознанию разорваться от факта, что именно он лишил жизни десятки людей.

— Сейчас завалим проходы и начнем разгребать завалы в дальнем углу. Там вроде ты ни так приложился, — Череп просматривал транслируемые от пехотинцев кадры, — О, есть. Парочка в дальнем углу. Ну Косяк, чуть не запорол всю операцию…

Машина тронулась. Объехав группу пехотинцев, столпившихся возле кучи тел, устремилась в дальний конец ангара. Обрушивая прицельными залпами уцелевшие пролеты второго этажа, Милашка за баррикадировала входы непроходимыми кучами бетонного хлама. Взвизгнув тормозами, уперлась в перекошенный бокс, где среди погнутых разрывами металлических стоек была зажата смертельной хваткой цель задания.

— Сержант, вы меня слышите? — раздался в общем канале, довольный голос, выскочившего из-за бокса пехотинца, — Докладывает Репа. Мы тут, в общем с дружком, нашли эту самую. Вроде как целую эту фиговину. В общем, если дернуть пару раз эти балки, …то она выскочит как на мази.

— Принял Репа, — довольно ответил Череп, — давайте цепляйте тросы…