— Командиром отряду утверждаю Негра, — ответил полковник, бросив на опешившего лейтенанта взгляд с легкой усмешкой, продолжил, — да, да. Засиделся ты уже в командирах крыла. Тем более, что опыт у тебя есть. Экипажи разведчиков наберешь сам.

Глянув на капитана, Негр сдержанно улыбнулся. Бросив короткий взгляд на Удава, ловко поднялся из за стола.

— Я! Есть! — замирая по стойке смирно, четко гаркнул лейтенант.

— Негр… расслабься, — проговорил Усач, с усмешкой реагируя на не растерянные армейские рефлексы, — не на плацу.

Слегка ослабив ногу, лейтенант взглянул на Удава, вибрирующим голосом проговорил:

— Спасибо за доверие. Готов к исполнению обязанностей.

Полковник подошел к своему креслу, взяв, что-то, повернулся к лейтенанту. На вытянутой ладони показалась черная шкатулка, с эмблемой батальона. Поблескивая вороненой сталью, закругленные края отсвечивали неяркими бликами.

— Лейтенант, с назначением на новую должность вам присваивается звание капитана, — торжественно протянув Негру открытую шкатулку. На красном бархате, поблескивая золоченными гранями красовались восемь ромбов капитанского звания.

* * *

Топая к лифту, Косяк посматривал на друзей. Больше всего его волновал вид Дыбы. Промолчавший все время приема, как немой от рождения, великан угрюмо плелся позади.

— Дыба, ты чего ели ноги переставляешь? — подобрав шаг, засеменил рядом, — все обошлось. Полковник мне понравился. Мировой дядька. Не по боялся с СБ поцапаться. И безопаснику нос утерли. Он собака, меня на понт хотел! Да я таким лосям, еще в песочнице рога обламывал!? Ну чего молчишь? Эй! Скажи, что-нибудь?

Оглянувшись, на предмет лишних ушей, Дыба выдал словесную конструкцию. Тесно переплетая, в принципе не совместимые вещи, охарактеризовал особенности анатомического строения всех придурков не дающих хохлу нормально прожить свой век. От эмоций бьющих через край, срываясь на родную речь, распылялся уже не на шутку.

— Дыба, Дыба, по медленнее, я не успеваю запоминать, — выросший на улице Косяк, с интересом вслушивался в словесные кружева, — ты хоть по-русски говори, а то я не улавливаю сути. И вот эту связку — о заднице и мозгах повтори еще раз.

Глянув на Косяка, великан замер. Пытаясь поймать в глазах след иронии, натолкнулся только на внимание прилежного ученика. Обречено махнув рукой, резко засунув руки в брюки и не оборачиваясь, Дыба зашаркал к лифту.

— Череп, чего он так? — смотря в ссутулившуюся спину Дыбы, растеряно спросил Косяк.

— Косяк, ты хоть сам понимаешь во, что мы влипли то? — посмотрев на друга, взглядом врача сообщающего смертельный диагноз, Череп слабо улыбнулся, — Мягко говоря мы в дерьме по самое не хочу. Наши шансы на выживание резко скакнули к нулю. И, что бы нянчить внуков нам придется очень сильно постараться.

Глядя на улыбающегося Косяка, Череп вспомнил истину. Счастлив тот, кто не ведает. Грустно улыбнувшись, пытался на лице друга найти хоть какой-то след понимания.

— Да ладно тебе. Какая разница, где и когда. Все там будем, а так хоть повеселимся от души, — выковыривая мизинцем остатки завтрака, Косяк озаботился большим куском, — Чего вы как маленькие раскисли?

— Косяк, ты наверное и в гробу будешь улыбаться…

— Улыбаться в гробу? Хм…, а это будет круто смотреться?

— Круто, круто…, — заражаясь бесшабашностью друга, Череп выплыл из омута тоски, — …извращенец.

Добравшись до кубрика, Косяк уселся на койку Дыбы, посчитав, что залезать с ногами будет последней каплей в тяжелом дне водителя, скромно уселся придавая лицу выражение психотерапевта. Встретил вышедшего из душа Дыбу, невинным взором, спросил:

— Поговорим?

— О чем? — не оборачиваясь буркнул Дыба, снимая комбез копался в настенном шкафу. Достав одежду, выкатил чемоданчик с разобранными примочками к стандартным тренажерам, — С тобой разговаривать — лучше сразу застрелиться. Все равно результат тот же будет…

— Да ладно тебе. Сразу пулю в лоб, — вольготно раскинувшись на койке, кинул в Дыбу подушкой, — ты чего такой пришибленный? У тебя, что родичи померли? Или тренажеры сломались?

Хмыкнув, Дыба подобрал подушку. Не оборачиваясь кинул назад. Дождавшись смачного стука головы об стену, довольно хрюкнул. Подушка на месте. Собрав в охапку выбранные конструкции, сложил их перед выходом. Оглядывая комнату на предмет — чего еще не взял, встретился взглядом с пришибленным Косяком.

— Дыба так чего ты такой хмурый…, — потирая шишку, скривился Косяк. Мирно улыбаясь, продолжал тихонько готовить подушку для повторного запуска.

— Завидую я тебе Косяк, — не упуская изготовления Косяка, слабой улыбкой разогнал хмурые мысли, — тут такая каша заварилась, а тебе все нипочем. Как с гуся вода. А когда эта скотина в черной пижаме начала говорить о расследовании. Ты знаешь… признаюсь, я струхнул. Я конечно готов был проломить кому голову но, что делать потом? Я не знал. Одно дело в танке или на ринге там все понятно наши тут, а враги впереди. А с такими гадством в жизни сталкиваться… Ты знаешь какие байки об уровнях СБ ходят?