– Но это же их внук! Неужели они посмеют? – с недоверием спросила Анна, уже угадывая ответ.

– Ах, Абашева, иногда вы бываете не по возрасту мудры, а иногда… – на этой ноте Альберт оставил возмущенную Анну в одиночестве.

XXXVIII

Люба долго откладывала момент разговора с младшим Вадимовым. Она неистово молилась каждый день, а по выходным ходила в церковь, надеясь замолить свои грехи, которые, как ей тогда казалось, распространились и на ее дочь. Василина же в это смутное для матери время старалась не попадаться на глаза Вадимовым, как и приказала ей Люба. Конечно же, девушка безумно хотела рассказать Егору всю правду, надеясь на его благородство, но страх перед матерью пересилил искушение.

– Простите, Егор, могу я с вами поговорить? – решившись наконец прояснить все вопросы с парнем, Люба перехватила его как-то днем, когда он направлялся к себе в комнату.

– Не понял? – Егор слегка растерялся.

– Можете ли вы уделить мне несколько минут? – женщина очень нервничала, что сильно отражалось на ее лице.

– Слушаю вас, – Егор напрягся.

– Мы можем пройти на кухню или в библиотеку?

– У меня мало времени. Лучше здесь.

Люба подняла на него заплаканные глаза:

– Дело в том… в том, что моя дочка… Василина… ждет ребенка…

Егор опешил, но, быстро сообразив, чем пахнет дело, взял себя в руки.

– И?

– Отец ребенка вы!

– Кто это сказал?

– Она была девственницей, у нее никогда не было мужчин, вы прекрасно это знаете! Сжальтесь над нами! Мы бедные люди… – Люба стала заламывать руки…

– Я действительно не понимаю, о чем вы говорите. Вы искренне полагаете, что я женюсь на вашей дочери? Ребенок мне не нужен, впрочем, как и моим родителям… – раздраженно заметил Егор.

– И что вы предлагаете? – насторожилась Люба.

– А вы не догадываетесь? Избавиться от плода! – Егор прошел мимо ошарашенной Любы и стал подниматься по лестнице.

– Да что же ты за монстр! – крик Любы разлетелся по всему дому.

– Надо было дочь свою правильно воспитывать! – не сбавляя шаг, ответил ей Егор.

– Негодяй! Бесстыдник! – Люба бросилась за парнем по лестнице.

Тем временем сверху уже спускались Юлиана и Альберт, услышавшие крики.

– Что здесь происходит? – Юлиана стала медленно приближаться к месту конфликта.

– Он соблазнил мою невинную дочь, и теперь она ждет от него ребенка, а он хочет, чтобы она от него избавилась… – Люба умоляюще смотрела на свою последнюю надежду в лице хозяйки.

Юлиана нахмурилась. Альберт с жалостью посмотрел на Любу.

– Ну, во-первых, перестаньте орать! Во-вторых, такие вопросы не решаются в коридорах. А в-третьих, нужно обсудить все это с Константином. Что бы ни натворил Егор, ваша дочь уже не ребенок, и отвечать она должна по-взрослому.

– Как же не ребенок? Ей всего-то 17 лет! А если бы это была ваша дочь?

– Моя дочь – другое дело, и вы это прекрасно понимаете. А вот когда в горничные идут молоденькие девушки, то, скорее всего, они подвержены иллюзиям, насмотревшись дешевых сериальчиков. Вы, взрослая и опытная женщина, должны понимать, что хозяин может переспать с горничной, но на серьезные отношения никогда не пойдет… А с Константином я поговорю, – смакуя эту новость, закончила Юлиана и красноречиво посмотрела на Егора. – Можете идти…

Люба понуро опустила голову и ушла.

– Альберт, проследите, чтобы женщина не наговорила лишнего посторонним.

Альберт кивнул, стараясь сохранить хладнокровие, которым всегда так гордился, и ушел, оставив Юлиану и Егора вдвоем.

– А ты и рада сообщить об этом отцу… – съязвил парень.

– Ошибаешься… Я счастлива! – Юлиана резко развернулась и зашагала прочь от ненавистного пасынка.

Василина, ставшая свидетелем всей сцены, сжавшись в укромном местечке, тихо всхлипывала. Увидев, что Егор остался один, девушка тут же вышла из своего укрытия.

– Егор, почему ты не хочешь нашего ребенка? – робко спросила девушка, заискивающе глядя ему в глаза.

Егор вздрогнул.

– Да что же это сегодня происходит! Сперва одна, потом вторая, а теперь еще и третья! Вы решили меня довести? – возмущался парень.

– Это же наш ребенок, – наивно заметила Василина.

– Уф-ф-ф… Деточка, включи мозги! Поигрались – и хватит! Оставь меня в покое. Разбирайся с матерью, что делать дальше, а меня не впутывай.

* * *

– И что ты предлагаешь? – Константин воспринял новость о ребенке весьма равнодушно.

– Понятно, что девочка не должна рожать, но проучить твоего сына необходимо! Надо различать, с кем и как спать, – готовясь ко сну, завела разговор с супругом Юлиана.

– Я в его возрасте тоже особо не различал, – фыркнул Константин.

– Ты и сейчас не различаешь! – обида, прозвучавшая в голосе Юлианы, зацепила Константина.

Вот уже целый месяц, как супруги заключили хрупкий мир, и Юлиана формально простила мужа, но затаила глубокую обиду.

– Ты опять начинаешь? – Константин взглянул на супругу поверх очков, а затем возобновил просмотр газеты.

– Ладно, я не хочу ругаться, но ты должен принять меры!

– Что ты имеешь в виду?

– Как – что? Мы не можем после этого держать в доме Любу… Даже несмотря на то, что она прекрасный повар, – заметила мужу Юлиана.

– А ты жестока!