Слишком хорошо зная своего мужа, Юлиана не сомневалась, что Егора ожидает взбучка, ведь ее провокация всегда вызывала нужную эмоцию супруга. Юлиана помотала головой.

– Несносные дети!

«Точные их копии подрастают и у тебя!» – мысленно заметила ей Анна. Модель воспитания аналогичная, и последствия, по логике, будут такими же.

Юлиана оглянулась. Она осталась в одиночестве за огромным семейным столом…

* * *

– Ах ты щенок! Да как ты смеешь! – крик из кабинета Вадимова был подобен раскатам грома. Слышно было все, что извергал Константин. Проходившая мимо прислуга даже поеживалась от страха, впервые став свидетелем такого сильного хозяйского гнева.

– Пап, ты придаешь этому слишком большое значение! Завтра об этом уже все забудут и переключат свое внимание на другого лихача… Богатство для бедных всегда будет красной тряпкой, а соблазн затоптать мажоров – так это вообще удовольствие! – Егор в свойственной ему манере развалился в кресле, слушая вопли отца.

– Я не позволю тебе связывать мою фамилию со своими выходками! Если намерен и впредь этим заниматься, можешь ее поменять! – продолжал буйствовать Константин. – А теперь иди… Мне пора на работу.

Егор вылетел из кабинета и увидел Гулю, направляющуюся с подносом к Константину.

Парень вплотную подошел к девушке и плотоядно ее оглядел.

– А ты ничего… Люблю экзотику!

– Простите… – Гуля попыталась обойти хозяйского сына, но он вновь загородил ей дорогу.

– Услади моего папашу, уж больно сильно он раскричался… – увидев испуганное выражение лица Гульнары, парень захохотал и пропустил ее вперед.

XX

Вечером того же дня в доме Вадимовых собрались гости. Анна порой задумывалась над жизнью Юлианы, которая вращалась вокруг рублевской оси: от мероприятия к мероприятию, от гостей к гостям, от салонов к салонам. И единственным вектором ее труда в этом круговороте развлечений был дизайн одежды. Какую-то часть времени Вадимова проводила на работе, подготавливая показы и выступая на них в качестве модели вместе с Машей. Подготовка к показам всегда была целым событием, требующим ее постоянного присутствия в офисе. Этих дней стафф ждал с особым нетерпением. Отсутствие огнедышащего дракона в лице Юлианы значительно облегчало существование прислуги. Жизнь самого стаффа тоже вращалась вокруг рублевской оси: от мероприятия к мероприятию, от уборки к уборке, от гостей к гостям. Почти тот же круговорот, только с другим функционалом и статусом.

Кристина уже по традиции присоединилась к девушкам, чтобы помочь им в обслуживании гостей, поглядеть на мужчин и показать себя. Валентина, помощница Альберта, валялась с температурой, и работы стало гораздо больше. Альберт временно поручил Анне исполнять обязанности Валентины, что вызвало недовольство Виктории и Кристины. Это было гласным подтверждением ее заслуг в глазах Альберта, по достоинству ценившего ее сообразительность, трудолюбие, благородство и ум.

– Ну что же, Абашева, с боевым крещением вас, – поздравил девушку Смит ближе к вечеру, когда большая часть работы была проделана и Анна достойно выполнила возложенные на нее функции.

– Благодарю за оказанную честь!

– Чувствую себя персонажем исторической книги. Ваши слова, мадемуазель, так высокопарны!

– Ну, знаете ли, господин Смит! Это вы всегда изъясняетесь высокопарно, как в лучших лондонских домах, так что это вы у нас Словарь языка дворянства.

Альберт улыбнулся.

«Как же ему идет улыбка! Но он так редко улыбается…»

Девушка подумала: а что, собственно говоря, они знали о жизни Альберта, да и вообще о нем? Кто он, кем был, чего хотел? Они обладали скудными сведениями: закончил престижную академию, долгое время работал на Юлиану, мастерски выполнял свои обязанности, хранил тайны своих хозяев. А что еще? Ах да – ужинал самым последним и выпивал перед сном бокал вина.

– Мадемуазель Абашева, пришли Сазоновы, поторопитесь, – слова Альберта вернули Анну к действительности.

Анри и его сестра пришли раньше остальных гостей – они были очень пунктуальны. Юлиана пригласила их пройти в салон, где она с гордостью продемонстрировала некоторые произведения живописи, приобретенные ею во Франции, в Германии и в Америке. Брат и сестра, ценители и знатоки искусства, поздравили Юлиану с удачными приобретениями. Женщина была польщена и почувствовала прилив гордости.

– О, Анна! Приветствую! – Анри приветливо помахал девушке, которая направлялась в их сторону.

Юлиана, разговаривавшая в этот момент с Адрианой, резко повернула голову, неприятно поразившись фамильярному тону Анри по отношению к ее прислуге. Но она была слишком вышколена, чтобы проявлять свои эмоции, а потому лишь вопросительно приподняла бровь.

– А вы не теряете времени даром… Вижу, уже обзавелись полезными связями, – съязвила Юлиана.

Анна побледнела, в очередной раз почувствовав себя униженной. Анри уловил ее настроение и развернулся к Юлиане, лучезарно улыбнувшись.

– Полезными могут быть любые связи, а бесполезными часто оказываются те, которые считаешь очень полезными, – парировал Анри.