Читаем Среди волков полностью

Я не могла сказать с уверенностью, кто из сидевших в моей голове попутчиков послал мне это сообщение, но как только я получила его, то нутром почувствовала, что это так и было. Волк. Не Стая, а волк.

Паленый волос и мужской одеколон. Детская присыпка.

Я удивилась дополнительному компоненту в запахе Бешеного, но не позволила ему сбить меня с толку. Даже монстры могут отличаться пристрастием к гигиене.

Я припала к земле, скрывшись за деревом, и осмотрелась. С этого расстояния я хорошо видела хижину, которая оказалась значительно больше, чем та, которую я увидела в голове у Бешеного. Эта разница в размерах дала мне иллюзию расстояния, позволив забыть, насколько близко я подобралась в своем сознании к этому человеку.

Устроившись поудобнее, я внимательно осмотрела хижину, отметив все возможные места для проникновения внутрь. Если только Пренсер не решит сделать нам приятное, совершив вечернюю прогулку, я вряд ли смогу увидеть его.

Это молчаливое признание заставило завозиться троицу моих друзей, поместившуюся на задворках моего сознания, задействовать наши связи, заставляя меня позвать их.

Но я не позвала. Я заняла позицию и наблюдала.

Волк, подумала я, почувствовав его. Детская присыпка, паленый волос и мужской одеколон.

А потом я заметила движение за одним из окон. Недрогнувшей рукой я достала пистолет из-за пояса джинсов. Я могла различить очертания фигуры, но, принимая во внимание тот факт, что чувства у меня были человеческие, это легко могло оказаться креслом. А потом мне невероятно повезло.

Входная дверь открылась.

Я подняла руки, нацеливаясь пистолетом на дверь, палец начал нажимать на спусковой крючок, медленно и аккуратно, и я замерла в ожидании, когда появится моя жертва. В миле от меня Лейк, Девон и Чейз готовы были броситься ко мне. Чтобы защитить меня.

Ближе. Ближе. Ближе.

Дверь почти отворилась. Я уже почти видела… вот туловище…

Нет.

И тут взыграл инстинкт, поднявшийся откуда-то из моего желудка, словно подступившая к горлу рвота. Что-то было не так. Я чувствовала это. И пахло это совсем не так. Оно пахло…

Женщиной. Я слегка ослабила палец, лежавший на курке, совсем чуть-чуть, и в этот момент моя предполагаемая жертва вышла из дверного проема.

Это был не Бешеный.

Осознание этого потрясло меня, но пистолет я не опустила.

Девушка. Моего возраста, может, чуть старше. У нее были каштановые волосы и светло-серые глаза, и в чертах ее лица было что-то ужасно, до выворота кишок, знакомое.

Мэдисон.

Мой пистолет опустился сам по себе. Голова завертелась. Это было невозможно. Она официально была объявлена погибшей в возрасте шести лет. Бешеный так разбросал куски ее тела, что хоронить практически было нечего.

Не осталось ничего, кроме мелких кусочков плоти.

Я попыталась свыкнуться с этой информацией, соотнести девушку-подростка, стоявшую передо мной, с маленькой девочкой, но еще до того, как я смогла сделать это, меня, как ударом, поразило еще одно открытие.

Девушка была не одна.

Они один за другим выходили из входной двери, и до меня наконец дошло, что Бешеный был не единственный, кто жил в этом громадном доме, стоявшем в дремучем лесу.

С ним были другие люди. Дети. И все они были обрами.

Отступление не было закодировано в моей ДНК, как не было его у самого обычного оборотня, но здесь я больше не могла оставаться. Особенно после того, как я чуть не застрелила девушку, которая едва ли была старше меня на год.

Откуда Вилсон взял всех этих оборотней?

Ответ был очевиден. Я всегда предполагала, что Бешеный убивал тех, кто попадал ему в руки. Охотился на них. Насыщал свою жажду крови добычей более приятной, чем кролик или олень. Я полагала, что Чейз был ошибкой, вызванной помрачением рассудка Бешеного, и ему удалось вырваться и выжить.

Совершенно очевидно, что я была не права.

Вилсон не убивал детей, на которых он нападал. Он превращал их. Создавал собственную небольшую армию оборотней. В этом было что-то нездоровое.

Нездоровое и невозможное. Митч сказал тогда Кили, что был отмечено три, максимум четыре случая превращения людей в обров за последнюю тысячу лет. Один случай в двести пятьдесят лет!

А Бешеный каким-то образом умудрился превратить в обров множество детей.

Девочка, которую я чуть не застрелила — та самая, которая первой вышла наружу, почуяв меня, которая была моего возраста, моего роста, да и сложена, почти как я, Мэдисон, она могла быть мной.

Если бы Каллум пришел в мой дом несколькими минутами позже — все так бы и было.

Выходи, выходи давай? Где ты спрятался, малыш? Я не сделаю тебе больно. Большой Злой Волк в конце концов всегда побеждает.