Читаем Спустя пять лет полностью

– Подумать только, какая досада! Стало быть, я неверно вас понял, и напрасно хлопотал за вас перед Её Величеством?

Ней, и так ничего не понимавший, совсем потерял нить беседы. О чём мог за него хлопотать король – оставалось выше его понимания. Или Её Величество обиде… огорчилась, что свечу называют не в её честь?

Налюбовавшись растерянным лицом собеседника, король сжалился и изволил выразить свою мысль прямо:

– Ну что ж, раз у вас ни наглости, ни дерзости не хватило, пришлось мне выступить от вашего имени. Сегодня, – с весьма торжественным видом сообщил он, – я посватался к Лее от вашего имени и получил высочайшее дозволение на этот брак.

Наверно, король всё-таки переборщил в этот раз с психологическими играми, потому что Ней, кажется, так и не сумел воспринять и без того совершенно ошеломительную информацию.

Ему и в голову не могла прийти мысль, что ему всё-таки разрешат однажды жениться на Лее, и в Райанци он ехал лишь в надежде повидать её, а самые дерзкие его мечты заключались в том, чтобы приезжать сюда каждое лето и, возможно, встречать её вновь.

Посмеиваясь над ошарашенностью собеседника, король встал – Ней, пытающийся совладать со свалившейся на него информацией, позабыл встать за ним. Дальнейший разговор, впрочем, не состоялся, потому что в кабинет с ярким радостным криком:

– Ней! – влетела сияющая счастливая Лея.

Правда, сразу же заметив отца, она тут же резко затормозила, смешалась, закраснелась и поспешно опустилась в реверанс, пытаясь скрыть им смущение и растерянность.

Давая Нею время прийти в себя, король переключился на дочь.

– Сильно тебя напугал сегодня, да? – с намёком на извиняющийся тон спросил он.

– Ещё как! – ляпнула Лея прежде, чем сообразила, что говорит, и тут же покраснела ещё сильнее.

Теперь, после разговора с мамой, которая выразила своё согласие и на брак, и на отъезд в Анджелию, Лее стало стыдно, что она поверила, будто отец её в самом деле мог быть так жесток с Неем. Задним числом она разгадала смысл его интриги, и была теперь безмерно ему благодарна за то, что он не только понял и принял её чувства, но и сумел убедить маму – тот ещё подвиг, за который сама Лея в жизни бы не взялась!

– Прости! – нервно сцепив пальцы, жалобно попросила она у него.

Губы его тронула тёплая и светлая улыбка.

– Иди сюда, кнопка! – приглашающе распахнул он руки, и она вихрем влетела в его объятия. Сжав его крепко-крепко, она под его добродушный ласковый смех только повторяла: «Спасибо, спасибо, спасибо!» – а он гладил её по волосам и чувствовал себя таким счастливым, будто бы это с ним самим случилось небывалое чудо, в исполнение которого уже и не верилось.

Рядом смущённо откашлялся пришедший в себя и вставший Ней.

– Я не представляю, как вас благодарить, Ваше Величество! – с глубоким чувством в голосе сказал он.

Король, улыбаясь и продолжая обнимать дочь левой рукой, правую протянул для рукопожатия – Ней пожал её крепко и уверенно.

– А вот я как раз представляю, – ошарашил его король и, лукаво прищурившись, отметил: – Было бы весьма великодушно с вашей стороны не помнить зла и провести венчание в Райанци. Я понимаю, – заверил он, – что так вы точно опоздаете к семестру, но нам бы очень хотелось…

– Конечно! – совершенно позабыв, что перебивать монарха непозволительно, пылко заверил Ней.

– И мы с Её Величеством надеемся, – король устремил взгляд к дочери, – что вы будете нас навещать.

Лея обратила сияющий и вопрошающий взгляд к Нею; тот, смутившись, горячо ответил:

– Разумеется! – и поспешно добавил: – Каждым летом!

Напоследок поцеловал дочь в висок, король отметил:

– Обрати внимание, родная, я на несколько часов оставил его в кабинете, где хранится целый шкаф твоих писем, а он всё это время возился со своими расчётами!

Ошарашенный Ней, заоглядывавшись, попытался идентифицировать тот самый шкаф под счастливый смешок Леи.

– Вон тот, – с улыбкой махнул в нужном направлении король, – но, насколько я знаю, в её комнате ещё один есть!

– Пап! – возмущённо воскликнула покрасневшая Лея.

– Ухожу, ухожу! – весело закивал король и, действительно, удалился, оставив их наедине.

Ней бросил быстрый сожалеющий взгляд на вожделенный шкаф, но рыться в нём при возлюбленной не стал.

Несколько секунд стояла неловкая тишина.

Счастье, свалившееся на них в тот момент, когда они уже не ждали ничего хорошего, было слишком ошеломительным, и они совершенно не знали, как с ним справиться и как теперь себя вести.

Первой заговорила Лея.

– Ты простишь меня? – жалобно попросила она, теребя ленты на своём нарядном платье.

– Да, – не раздумывая, сразу отреагировал Ней, но тут же смутился и уточнил: – А за что?

Он не знал за ней никакой вины и не понимал, почему она начала разговор с этого.

Она выглядела совершенно несчастной, признавшись:

– Я… я ведь перестала тебя ждать.

Он удивлённо сморгнул.