Читаем Сплошное телевидение полностью

Собственно, такой подход распространяется не только на телевидение, но и на прочие гуманитарные сферы. Взять, к примеру, издательства. Не подходишь “в серию” – бросай писать. Если издадут, это будет чудо.

Целевая аудитория

За нее борется каждый первый телевизионщик. Иногда методы его не совсем честны, и в одно и то же время по разным каналам можем наблюдать похожие программы, многосерийные фильмы на одну тему и прочие “случайные совпадения”, призванные урвать у соседа немножечко рейтинга. “Условная домохозяйка” должна быть и будет нашей!

Откуда она вообще взялась, эта условная домохозяйка? Надо полагать, со спокойного и социально защищенного Запада, откуда мы в последнее время перенимаем без разбору любой опыт. Но вот беда – российская реальность такова, что по условным домохозяйкам у нас серьезный недобор. Ну небогато живем, прямо говоря. Женщина, даже если и хотела бы присматривать за детьми и варить мужу борщи, не может себе этого позволить и, едва ребенку исполняется три года, выходит на работу. А иногда и трехлетия не дожидается. Пока она занята малышом, ей не до телевизора. Одной рукой она придерживает чадо за штанишки, чтобы не натворило чего или не поранилось, другой рукой стирает и гладит, третьей готовит, четвертой несет продукты из магазина, а пятой собирает бусики из бисера или какие-нибудь сумочки шьет на продажу, чтобы семейный бюджет поддержать. Телевизор она не смотрит, а в лучшем случае слушает, да и то краем уха. Так что нашу домохозяйку из рядов целевой аудитории смело вычеркиваем.

Кто же остается? Остаются, прежде всего, пенсионеры и тинейджеры. У них полно свободного времени, а вкусы самые непритязательные. (Поэтому высоко в рейтинге держатся программы, рассчитанные на них. К примеру, научно-популярный проект “Галилео”, адаптированный с немецкого специально для тинейджеров, или “Малахов+” с его неисчерпаемым запасом псевдомедицинских “бабушкиных рецептов”).

А еще остаются мужчины (да простят меня те из них, кто не смотрит ТВ из принципиальных соображений, речь не о них). Помните многочисленные советские байки про “мужа на диване перед телевизором”? Таких мужей и сейчас немало. Пришел с работы, устал, лег, включил… И пошел щелкать пультом в поисках чего-нибудь интересненького. Десять минут щелкает, полчаса, – а нет ничего, кроме новостей. И немудрено. Мужчина, увы, не является “условной домохозяйкой”, наше телевидение работает не для него.

По углам, по щелям разбежалися…

Где делают современное телевидение?

Еще десять лет назад можно было смело утверждать, что это Останкино и Шаболовка. Но время прошло, телепроизводство раздробилось на отдельные компании (“продакшны”) и расползлось по всей Москве. Теперь телевизионщиков скорее встретишь в бывших заводских цехах и ангарах, в новых деловых центрах и на старых складах, нежели в специально оборудованных местах. Виною – безумно дорогая аренда в том же “Останкино”. Насколько она велика, если проще выкупить и с нуля переоборудовать под съемки заброшенный склад или даже построить собственное помещение? Считайте сами.

“Останкино” могут позволить себе только самые богатые и стабильные – первый канал, НТВ, ТВЦ. У каналов победнее практически не осталось собственного производства. Программы заказывают на стороне, в вышеупомянутых маленьких производящих компаниях. Успешный продакшн может параллельно работать на все каналы, и негде взяться двоим, которые делают “не одно и то же”.

Итак, заказ от телеканала получен. Арендовав свой склад или ангар, продакшн-студия приступает к производству. Своей аппаратуры у нее нет – платим за пользование аппаратурой. Своей техслужбы тоже нет – платим осветителям, операторам, инженерам, монтажерам, звуковикам иже с ними. Не хватает камеры-крана? Арендуем кран. Удовольствие дорогое, оплата почасовая. Чем быстрее отработаем, тем меньше заплатим – это очевидно. И опять начинается гонка на выживание, и опять не до качества, лишь бы уложиться в указанные сроки и отведенные деньги. Снимаем “пакетом”. Две, три, десять программ в день. Дешевле отправить часть отснятого материала в корзину, чем потратить дополнительное время на подготовку.

Не в этом ли причина, почему прямые эфиры, которые еще несколько лет назад были предметом особой гордости каналов, постепенно уходят в историю? Собственно, в прямом эфире сейчас работают только новости, несколько аналитических программ и парочка утренних на разных каналах. Все остальное – запись под монтаж. За пару-тройку дней снимаем все, что будем показывать в течение следующего месяца или двух.