Читаем Список холостяков полностью

— Как бы там ни было! Она спрятала его в шкафу. Разумеется, ей отлично известно, что я не потерплю подобного скандального вздора в своем доме. Куда катится мир, если невозможно доверять гувернантке собственной дочери?

— Куда, действительно? — пробормотала Констанция. — Ваша бдительность делает вам честь, Летиция. И право на личную жизнь и частную собственность не зря принесено на алтарь материнского долга. — Она бросила взгляд на Макса Энсора, и огонь, блеснувший в ее глазах, заставил бы благоразумного человека поостеречься. — Вы тоже разделяете мнение вашей сестры, мистер Энсор? .

«Ей не понадобилось много времени, чтобы возобновить атаку», — подумал он. Но поскольку его живо интересовали ее взгляды на женский союз, он сознательно пренебрег предостережением, которое прочитал в ее глазах, и решил намеренно спровоцировать ее.

— Я как-то об этом не думал, — сказал он. — Однако утверждение, что женщины, платящие налоги, должны иметь право голоса, не лишено логики. — Ему показалось, что в ее глазах промелькнуло удивление. Внимательно наблюдая за ней, он продолжил, небрежно махнув рукой: — Однако это касается такой малой части женского населения, что вряд ли имеет какое-либо значение.

Он рассчитывал вызвать у Констанции какую-либо реакцию, но был разочарован. Она отвернулась, чтобы взять чайник и предложить Марте еще чаю.

— Мужчины прекрасно могут голосовать за нас, — проговорила Летиция. — Я уверена, что мой дорогой Берти отлично разбирается в том, за что следует отдать свой голос. Однако я не знаю, что мне делать с мисс Уэсткотт. Пэмми к ней очень привязана, а у нас и без того было немало осложнений с гувернантками. Они так часто не устраивали Пэмми.

— Не думаю, что политические убеждения мисс Уэсткотт имеют какое-либо значение для шестилетней Пэм, Летиция, — заметила Пруденс.

— О, если бы вы только знали, Пруденс. На какие только ухищрения не идут эти женщины, чтобы воздействовать на юные умы, — с содроганием произнесла леди Бейнбридж.

— Ох, я в таком затруднении, совершенно не знаю, как мне поступить, — пожаловалась Летиция. — Даже не могу поговорить с ней об этом, так как она поймет, что я обыскивала ее комнату.

Летиция надула губки, и Констанция подумала, что такая гримаса была бы более уместной на лице ее дочери.

— Да, действительно, все это очень неловко, — пробормотала она и поймала негодующий взгляд Честити.

По мнению Честити, шпионить за другими и совать нос не в свои дела было ничуть не лучше, чем воровать или убивать.

— На вашем месте, Летиция, — с трудом сдерживаясь, заметила Честити, — я руководствовалась бы старой пословицей: «Чего глаз не видит, о том сердце не болит». Насколько вам было бы спокойнее, если бы вы ничего не знали о политических пристрастиях мисс Уэсткотт.

— Я обязана заботиться о благополучии собственной дочери, — сухо объявила Летиция, поставив чашку на столик. — Ну что ж, мне пора. Я обещала Пэмми отвезти ее в гости к тетушке Сесили. — Она поднялась с кресла. — Нет нужды провожать меня, если ты предпочитаешь остаться, Макс. Джонсон с коляской ждет на площади. Он доставит меня домой в целости и сохранности.

Максу не потребовалось и секунды, чтобы принять решение. Он приехал, чтобы повидаться с Констанцией Дункан и немного прощупать почву. Оправившись от первоначального нападения, он прекрасно провел время, кое-что прояснил для себя, но теперь чувствовал, что ничего большего на этот раз не достигнет. Пора было ретироваться и перегруппировать войска.

— Моя дорогая Летиция, я привез тебя сюда, я и отвезу обратно, — сказал он с обворожительной улыбкой. — Мисс Дункан, милые дамы… — Он поклонился всем сестрам по очереди. — Я прекрасно провел время.

Констанция протянула ему руку:

— Я боялась, что вам скучно, мистер Энсор. Рада, если это не так.

— Не могу поверить, что у вас сложилось такое абсолютно ложное впечатление, — парировал он.

Он взял ее руку в свою и слегка сжал. Если она и заметила это, то не подала виду и лишь ответила ему ничего не значащей вежливой улыбкой.

— Может быть, вы позволите мне навестить вас еще раз и исправить это впечатление, — продолжал он, сильнее сжав ее пальцы.

Констанция, к собственной досаде, почувствовала, что он разоружил ее этой сменой тактики — открытая улыбка, живой блеск в синих глазах, добродушное выражение лица… Сейчас Макс Энсор уже не казался высокомерным, равнодушным или скучающим.

— Если вы думаете, что это возможно, — сказала она.

— О, я уверен, — ответил он, еще шире расплываясь в улыбке. — По крайней мере дайте мне шанс.

Со старомодной учтивостью Макс поднес ее руку к губам, затем взял свою сестру под руку, и они покинули гостиную.

Честити и Пруденс обменялись многозначительными взглядами, а Констанция почувствовала, как краснеет, что бывало с ней не часто. Она укоризненно посмотрела на сестер.

— Довольно представительный джентльмен, — объявила леди Бейнбридж, поднимаясь со стула и поскрипывая кринолином. — Хотя не стоит того, чтобы поднимать вокруг него столько шума. С чего вдруг они прицепились к нему в этой газетенке, ума не приложу.