Я понимаю, что он имел в виду. Странно, но звуки блаженства зачастую напоминают крики боли. Они кажутся очень влюбленными, они не в силах оторваться друг от друга. Циник бы назвал это не любовью, а похотью.

Мы с Фредди вместе уже почти два десятка лет, но я до сих пор скрываю от него некоторые вещи, как и он от меня, не сомневаюсь. Волей-неволей задумаешься, как много знают друг о друге те двое.

Знают ли они все темные тайны, которые скрывает каждый из них.

Ханна. Плюс один

Перед нами вздымаются огромные волны с белыми гребнями пены. Хотя на суше и царит безобидный летний денек, но здесь погода довольна сурова. Как только мы вышли из безопасной гавани материка, вода моментально потемнела, а волны выросли на пару метров.

Завтра состоится свадьба, и вот мы едем на остров. Мы останемся там на ночь как «особые гости». Я прямо жду не дождусь. По крайней мере, мне так кажется. Мне как раз сейчас нужно немного отвлечься.

– Держитесь! – предупреждают нас из капитанской каюты. Капитана зовут Мэтти. Мы и глазом моргнуть не успели, как маленькая лодка уже срывается с одной волны и прямиком врезается в другую. Брызги разлетаются над нами огромной дугой.

– Господи! – вопит Чарли, он весь вымок с одного бока. Каким-то чудом меня почти не задело.

– Что, вы там немножко намокли? – кричит Мэтти.

Я смеюсь, но смех выходит вымученным и неестественным, на самом деле я сильно испугалась. От зигзагообразного движения лодки у меня сводит желудок.

– Ох, – выдыхаю я, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. При мысли о чае со сливками, который мы выпили перед поездкой, у меня выступает холодный пот.

Чарли смотрит на меня, кладет руку на колено и сжимает.

– Боже. Уже началось? – Я ужасно переношу морскую болезнь. Да и не только ее одну; когда я была беременна, это был сущий кошмар.

– Угу. Я выпила пару таблеток, но они не особо помогают.

– Слушай, – быстро предлагает Чарли, – давай я почитаю об острове, чтобы ты отвлеклась.

Он начинает копаться в телефоне. Чарли заранее скачал себе путеводитель; он учитель до мозга костей. Лодка снова дергается, и айфон чуть ли не вылетает у него из рук. Мой муж, ругнувшись, крепче сжимает телефон двумя руками; мы не сможем позволить себе купить новый.

– Там не так уж много всего, – говорит он, как бы извиняясь, когда ему наконец-то удается открыть книгу. – На Коннемаре куча достопримечательностей, да, но на самом острове… Пожалуй, он такой маленький…

Чарли уставился на экран, будто умоляя его что-то рассказать.

– Ой, вот, я кое-что нашел, – он прочищает горло и начинает читать тоном, который, наверное, привык использовать на своих уроках. – Inis an Ampl'ora, или, в переводе, Бакланий остров протяженностью всего лишь три километра – больше в длину, чем в ширину. Представляет собой глыбу гранита, величественно выступающую из Атлантического океана в нескольких милях от побережья Коннемары. Большая часть его поверхности покрыта торфяными болотами и дерном. Лучший и, по сути, единственный способ увидеть Inis an Ampl'ora – доплыть до него на частной лодке. Воды залива, разделяющие материк и остров, могут стать особенно неспокойными…

– Это уж точно, – бормочу я, хватаясь за края, когда лодка опять подскакивает на волне. Желудок опять скручивает.

– Я могу рассказать вам больше, чем там написано! – кричит Мэтти из каюты. Я и не подозревала, что он может услышать нас оттуда. – Про Инишан Амплора из книжки много и не узнаешь.

Мы с Чарли продвигаемся к каюте, чтобы послушать капитана. У этого Мэтти очень приятный, хоть и сильный акцент.

– Первые жители острова, – начинает он, – состояли в религиозной секте, которая подверглась гонениям на материке.

– Да, точно, – подтверждает Чарли, снова заглядывая в путеводитель. – Кажется, я видел тут что-то…

– В этой писанине почти ничего нет, – обрубает его Мэтти, нахмурившись, явно недовольный тем, что его перебили. – Я прожил здесь всю жизнь, знаете ли, и мой народ живет тут веками. Я расскажу вам больше, чем какой-то мужик из интернета.

– Простите, – бормочет Чарли, краснея.

– Так вот, – продолжает Мэтти. – Двадцать лет назад или около того, археологи их раскопали. Всех вместе в торфяном болоте, лежащих бок о бок, как селедки в банке, – что-то мне подсказывает, ему очень нравится эта история. – Говорят, тела прекрасно сохранились, потому что там нет воздуха. Но то была настоящая бойня. Их всех зарубили насмерть.

– Ой, – говорит Чарли, посмотрев на меня. – Я не уверен…

Слишком поздно, я уже нарисовала это у себя в голове: трупы, лежащие в черной земле, похороненные много лет назад. Я стараюсь об этом не думать, но картинка так и продолжает мелькать в сознании, как заевшее видео. Новый приступ тошноты от очередного рывка лодки я принимаю почти с облегчением, потому что сразу отвлекаюсь.

– И теперь там никто не живет? – весело спрашивает Чарли, надеясь сменить тему. – Кроме новых владельцев?

– Нет, – отвечает Мэтти. – Одни только призраки.

Чарли нажимает на экран.