Читаем Спецназ полностью

Началу войны мог предшествовать так называемый угрожаемый период. Это время постепенного или внезапного обострения международной обстановки, когда отношения между противоборствующими государствами достигают крайней степени напряженности.

Однако война может начинаться и внезапным нападением безо всякого угрожаемого периода, когда политический барометр уверенно предсказывает ясную погоду, когда (казалось бы) ничто не предвещает чудовищного урагана.

Примером угрожаемого периода может служить Карибский кризис в октябре 1962 года, когда и советские, и американские вооруженные силы, включая их ракетно-ядерные составляющие, были приведены в высшую степень готовности, когда в любой момент могла поступить команда нажать красные кнопки. В тот момент человечество впервые в своей истории подошло к рубежу, за которым маячило всеобщее уничтожение в глобальной ядерной войне. Будем благодарны судьбе за то, что тот угрожаемый период не перерос в Третью (и последнюю) мировую войну.

Примером начала войны без угрожаемого периода может служить вторжение 40-й армии в Афганистан в декабре 1979 года. Эта бойня тянулась десять лет, но за неделю до ее начала никто (за исключением узкого круга лиц, посвященных в планы советских вождей и советского командования) не мог предположить, что сейчас грянет роковая война, самая затяжная в истории Советского Союза, которая станет для него последней.

Перед началом любой войны, с угрожаемым периодом или без него, желательно иметь хотя бы небольшую часть военных диверсантов на территории противника.

В тех «освободительных походах», которые Советская Армия совершила во второй половине ХХ века, небольшие подразделения СпН всегда удавалось заблаговременно разместить в районах предстоящего конфликта и вводить их в действие еще до начала полномасштабного вторжения. Так было в Венгрии, в Чехословакии, в Афганистане. Именно так предполагалось действовать и в глобальной войне против Запада.

Способов проникновения на вражескую территорию множество.

Пример. В зарубежном порту разгружается советский лесовоз (кроме сырья и природных ресурсов Советскому Союзу торговать было нечем). Ночью группа боевых пловцов осторожно спускается с этого лесовоза в воду по веревочной лестнице. Пловцы ныряют под воду и плывут к небольшой старой яхте, когда-то кем-то купленной и поставленной на прикол в этом порту. Яхту давно никто не использовал, но ее не сдают на слом, ибо она застрахована, а стоянка оплачена владельцем на несколько лет вперед. Яхта покачивается на волнах среди множества других яхт, старых и новых, моторных и парусных. В портах и гаванях таких яхт — целые стада. На той яхте — вполне подходящие условия для комфортного проживания: кто-то оставил в трюме запасы консервов и пресной воды. Тут можно коротать время много дней. Радиоаппаратура яхты работает, свою можно не разворачивать. Остается ждать, организовав круглосуточное наблюдение. В случае опасности можно уйти, не прощаясь. На этот случай в одном из отсеков кем-то устроено нечто вроде бассейна с отверстием в корпусе: забортная вода плещется в бассейне, но трюм не заливает.

Ждут диверсанты своего часа, но поступает сигнал сниматься тем же порядком: пришел лесовоз и забрал бойцов, так как войну на этот раз отменили.

А если не отменили, бойцы приступают к выполнению поставленной задачи.

Тот же вариант в упрощенном виде: зашел в порт все тот же лесовоз, часть команды вполне легально через проходную порта отправилась осматривать достопримечательности. Затем лесовоз ушел. Никто ведь не спрашивает, сколько человек сошло на берег и сколько вернулось. А все, что нужно для действий отставших «разгильдяев», заблаговременно заложено в тайники офицерами ГРУ, действовавшими под дипломатическим прикрытием.

Еще вариант. Группы СпН несут боевое дежурство на борту советских торговых и рыболовных судов. Дежурство сводится к беспробудному сну, чтобы компенсировать весь накопившийся и весь грядущий недосып. Если не будет приказа, бойцы так и проваляются на койках до возвращения домой. Получив сигнал, группы одновременно, ночью, со многих торговых и рыболовных судов высаживаются на вражеский берег. Идет такой корабль в нейтральных водах, ночью спустили надувную лодку, на ней ребята добрались до берега и затаились.

По вражеской территории в мирное время курсировали советские поезда и советские грузовые автомашины. В нужный момент некоторое число водителей, проводников и пассажиров могли «потеряться» в пути. Во вражескую столицу самолетами могли прибыть группы советских туристов и поселиться в гостинице в самом центре города. А оружие для них могло быть заранее заложено в тайники офицерами ГРУ, которые прикидывались дипломатами.