Читаем Спелый дождь полностью

Няни ведут одиночек.

Я остаюсь.

Мне ещё нужно одеться,

Сытожить дни и ночи,

Отделяющие меня от детства.

А дети всё дальше уходят,

В пыльный июнь,

Уменьшаясь до разноцветных точек.

Няни ведут одиночек.

* * *

Не разлука страшна мне,

И не то, что однажды

Уйдёшь и больше не придешь.

И не то, что на камне

Следы твои вымоет дождь.

210

Совершенно иная

Тревога в груди:

Вдруг совсем не замечу

Потери,

Оставшись один.

* * *

Город - жёлтым пакетом в брикете.

Пыль искрится в лучах косых.

Выхожу на проспект,

Покупаю природы букетик,

А потом отправляюсь искать

Продавца росы

В улицы, в переулки...

Где только я не был.

Позади - расстоянье из верст.

Где-то уже светят

Одинокие капли звёзд.

Темнеет.

Чёрный дым переходит в небыль

Из невидимых домен.

Горизонт потускнел и погас.

Гляжу и глазам не верю:

У крыльца незнакомого дома

Дрожат две росинки

Собачьих глаз.

* * *

Я пробиваюсь сквозь туман,

Сквозь света стылый жар.

Стоят скуластые дома,

Бетонно зубы сжав.

И в том молчанье,

И в огнях

Не страх и не гроза -

Кричат о помощи

В меня

Их разные глаза.

И сеющий,

Как пепел, дождь -

Как будто в душу дождь.

И не понять -

К кому идешь.

И все-таки идешь,

Наталкиваясь и скользя!

Зовёшь - ответа нет.

По-человечьи - им нельзя.

По-каменному - мне.

* * *

Дождь повис

В асфальт разбитый.

211

Тихий полдень.

Никого.

Проезжает «служба быта»,

Словно клоунский фургон.

Пустоте на удивленье

Балансируя, гудя,

Закатило представленье

«Шито-крыто» из дождя.

Боком, скоком,

Влево, вправо,

Снизу вверх

И сверху вниз...

И глядят кусты и травы

Из-под вымокших ресниц.

В ДОЗОР

Красное солнце.

Зелёное море.

Волны, как конница,

Скачут в дозоре,

Звёздочки светят

На гребне папах.

Вечер.

И ветер

Легендой пропах.

Берег.

И чаек

Посвист над ним.

А море качает,

Качает огни.

Гула каскады -

Далёкой грозой.

Это эскадра

Уходит в дозор.

ПЛОЩАДЬ

РЕВОЛЮЦИИ

Ни ржанья, ни выстрелов боя...

Но кажется - лишь обернись,

И медной измятой трубою

Рванёт стылый воздух горнист.

В приёмниках лязгнут патроны,

И мускулы дрожь продерёт.

И глотки лихих эскадронов

Раскатят команду: «Впе-е-рёд!»

Тачанки и всадники - мимо,

Знамёна - кровавой грозой,

И рдеет запахнутый дымом

212

До самых небес горизонт.

А сердце колотит - отчаясь,

Уводит туда, в ураган...

Где в сёдлах,

Ритмично качаясь,

Идет на рысях арьергард.

* * *

Я заблудился

В фантастическом лесу

Телевизионных вышек.

Надо мной пролетают

Белые тени голосов,

Прерывисто, неровно,

Сквозь бесконечную белую ночь.

Но иногда -

Может, это перенапряжение слуха -

Мне кажется,

Что шаги твои слышу

В озвученном движении Броуна,

Твои шаги...

То приближающиеся,

То ускользающие.

Ты куда-то идёшь.

Ты блуждаешь -

То влево,

То вправо.

И невидимый след твой

Смывает невидимый дождь

На невидимых травах.

* * *

В пульсирующей галактике человеческих глаз

Искра погасла,

Искра зажглась.

Но меж той и другой,

Между мной и другим

Сквозь туманность летят

Звуковые круги,

Световые круги,

Чтобы кто-то не сбился с пути,

Чтобы кто-то ответил,

Постоянно летят позывные столетья.

Мы - почти неземные,

И все же - земные,

Через спутники связи

Посылаем друг другу свои позывные.

И бессонная память

Из-под каски пробитой

С напряжением смотрит

На глобальные

Наши с тобою орбиты.

213

* * *

Прикованные к фундаментам

Домов одиноких гиганты

С высоты своих метров

Глядят безучастно,

Как сквозь призрачные пальцы ветра,

Течёт майская зелень

Безмятежно, как детское счастье.

По дороге ползёт фигурка

На трёхколесном велосипеде

За папой, за мамой,

А может,

За промокнутыми далью

Силуэтами прохожих?

Что её - сегодня?

Завтра её - в чём?

Куда они -

Маленький человек

И велосипед-паучок?

* * *

Сживают осенние стужи

Со света

Короткое лето.

Уехать куда-нибудь мне бы...

Но на кого я оставлю

Зрачки-лужи,

Глядящие остекленело

В холодное низкое небо,

И окна,

Которые отпотели

И, не мигая,

Смотрят на маленьких яблочек

Мёрзлые гроздья,

На поземки и метели,

Вьющие белые гнезда

Под ветра протяжное эхо,

Теряющееся вдали.

Нет, мне никуда не уехать,

Никогда, никогда не уехать,

Потому что я к этой жизни,

Именно к этой жизни

Примёрз,

Как к дереву лист.

У ПАМЯТНИКА РОССИИ-МАТЕРИ

(Пермь, воинское кладбище)

Пройдет не год,

Пройдет не два,

Всё отгорит -

214

И сны, и боли...

Но плачет Память,

Как вдова,

В невыносимо-русском поле.

Сто лет - ни вести, ни письма!

Погибших души откричали.

А ты стоишь,

Россия-мать,

Над полем

Жизни и печали.

* * *

Мне кажется,

Что я из первозданности,

Где светят, словно звёзды, фонари

И нет маршрутов поисковых партий,

Только что сошел на материк

С острова,

Какого нет на карте.

Странен, непонятен, необычен

Этот устоявшийся обычай:

Прятать в безразличие ушибы,

Делать и не признавать ошибки.

Веселиться - если в горле ком,

Чтобы потом

С собой наедине выплакаться

Тайком.

Все заношено.

И все привычно.

Потому меня, наверное, тянет

Возвратиться в тихие края,

Что скитаюсь,

Как островитянин...

* * *

Белые заснеженные мили.

Ветры, пролетающие мимо

Окон, где ни света, ни огня.

Ветры, ветры, ветры, ветры, ветры,

Заметая ночи нулевые,

Оседая в теле и навылет,

Беспощадно бьющие в меня.

Лун дозоры,

Хмурых туч наряды,

Сон и память -

Рядом, рядом, рядом,

Словно на завалинке два старца,

Две игрушки в подневольном танце

Кружатся с закрытыми глазами,

Я уже забыл,

В каком столетье...

215

* * *

Я как в пустыне караван,

Я как засохшая трава,

Как старый и слепой верблюд,