Читаем Спасти огонь полностью

Словно усердный начальник отдела кадров, Машина запросил рекомендации. Не расстанется он просто так с баблом, исходя из одного только погоняла. Надо убедиться, что задание будет выполнено в лучшем виде. Молодых, до тридцатника, сразу отмел. Больно они быстро раскочегариваются, конфуз может выйти. Жирных тоже, а еще мелких, ниже метра семидесяти пяти. Таких Хосе Куаутемок мог одной рукой уложить.

И опыт человекоубийства должен иметься, чтобы рука не дрогнула. Он проредил список и оставил четверых кандидатов: Каннибала, Бешеного, Мелкого и Мозоль. Все четверо были из разных банд. Тандемы Машине на хрен не сдались: эффективность падает, когда двое киллеров норовят поцапаться за вознаграждение и за славу. Да, за славу. Представьте себе, у бандитов тоже сердечко имеется, ну а доброе слово и кошке приятно.

Другое дело — нанять четверых по отдельности, чтобы никто друг друга лично не знал и каждый старался пришить сивого в обход неведомых конкурентов. Вот это будет ой как эффективно. Первый, кто добьется успеха, как в реалити-шоу, получит главный приз. Шуршание двадцати тысяч песо — отличная мотивация, а страх, что другой тебя опередит, — гарантия скорости исполнения.

В доказательство серьезности своих намерений Машина выдал по штуке каждому избранному через главарей соответствующих банд. Все пообещали заказ выполнить. Сорок банкнот, с которых смотрит Диего Ривера, по окончании операции — от такого не отказываются. К тому же северный акцент и легкость раздачи бабла свидетельствовали, что заказчик — нарко из тяжеловесов. Да и стальные яйца нужно иметь, чтобы забуриться, куда он забурялся: в такие места, куда на машинах не суются, на лестницы, ведущие к затерянным городам, в насквозь бандитские кварталы, в халупы на берегах ручьев, берущих начало в сточных водах. Стальные яйца нужно иметь, чтобы заносить туда нал, когда из активов у тебя только два девятимиллиметровых и хорошо подвешенный язык. Местные авторитеты, если кто-то вот так, без предупреждения, забредает на район, либо расступаются и дают пройти, либо мочат, чтоб не шлялись где ни попадя. Перед Машиной расступались. Мелкие сошки умеют отличить крестного отца с железными шарами.

Однако вследствие незнания особенностей столичных терок Машина совершил глупейшую ошибку новичка. Он думал, что в двадцатитрехмиллионном мегаполисе останется незамеченным. А вот и нет, молодой человек. Тот, кто разгуливает с пачкой наличных и пытается с их помощью решить свои рогоносные проблемы, автоматически превращается в неоновую рекламу. Сложная сеть сообщающихся сосудов, сотканная «Теми Самыми», молниеносно его вычислила. Боссы немедленно капнули прикормленным копам. Разведайте, мол, кто такой, чего хочет.

По наивности Машина купил групповой тариф и раздал свой номер всем главарям, чтобы звонили, когда отправят сивого по последнему адресу. Надо было сделать наоборот: самому взять их номера и самому решать, кому, как и когда звонить. А так, при современных-то технологиях, его легко могли отследить. И полиции, и картелю ничего не стоило прижать его, забрать бабло или вообще прикончить — почему бы и нет?

Машине было фиолетово, прикончат его, ограбят, живьем четвертуют — все это не так больно, как когда лучший друг отымел твою возлюбленную фэтилишес. Он и мертвый не отступится. Даже из склепа разрулит, чтобы его злейшего врага отправили на тот свет. Ревность двигала им и будет двигать.

Улавливаешь, какая ирония, Сеферино? Нет, ну признай, это даже забавно: мама нашла себе любовника по фамилии Бланко — Белый. Белые, белые, белые, твои расовые враги. Мистера Брауна заменил мистер Уайт. Смешно, правда? Бедная мама. Она уже решилась, а кавалер сбежал. Испарился дон Бланкито. Ариведерчи, будущее, прощай, надежда. Мама осталась дома, привязанная к тебе и к нам. Страдающая. Распятая. Представляю, какой дурой она себя чувствовала. Думаю, именно поэтому Ситлалли получилась такой шлюховатой, ой, простите, легкомысленной. Видимо, мамин пример фрустрировал ее и она решила ни за что не оказаться на месте пассивной и забитой домохозяйки. Может, мама рассказала ей свою тайну? «Знаешь, доченька, я ведь хотела уйти от твоего отца. Да только в самую последнюю минуту любимый меня бросил».