Вот и пойми их, женщин. Сначала посылает подальше, а потом сама приходит. Я ведь действительно знал ее только Ларисой...

Во Внуково мы отправились рано утром на двух «Ниссанах». Муса провожать нас не поехал, только еще раз напомнил перед отъездом, чтобы поторопились со своей миссией. «Сами знаем», - хмуро ответил я. В надсмотрщики и сопровождающие он определил нам трех довольно приличного вида парней, не качков с бритыми затылками, а спокойных ребят, которые уж наверняка знали свое дело. Только один походил на кавказца, остальные выглядели типичными русаками. Они коротко представились: «Саша», «Леша», «Борис».

Паспортный контроль прошли без проблем. Рейс почти не задержали и уже через полчаса после того, как мы уселись в полупустом салоне, самолет поднялся в воздух. Лететь предстояло около двух часов, недолго. Я откинул спинку кресла и смежил веки. В моем сознании опять проснулись воспоминания.

 Глава 17

Тот день в бригаде был самым обычным. После завтрака все разошлись по своим подразделениям. Меня Иван Семенович отдал капитану Володе, советнику командира батальона. Закинув на плечи автоматы, мирно беседуя, мы отправились к передовой линии охранения, где нас должен был ждать Володин подсоветный. Автоматы приходилось с собой таскать обязательно. У нас на поясах висели подсумки с тремя запасными рожками. А, кроме того, у меня в обрезанной кобуре имелся «ПМ» предусмотрительно выпрошенный у кубинцев в Джамбе. Пистолеты были жутким дефицитом и их старались достать любыми путями. Ребята в бригаде мне завидовали и уговаривали в следующую поездку просить «макаровы» и для них.

Пройдя линию окопов, подсоветного лейтенанта мы не обнаружили. Кое-как удалось узнать у солдатиков, что да, был, проходил, но где сейчас - неизвестно.

- Вот же баран! - сплюнул Володя. - Вечно с ним такая история. Наверняка, зараза, забрался куда-нибудь в тенек и пиво дует.

Накануне в Кувелай по сохранившейся железнодорожной ветке каким-то чудом прорвался состав из двух вагонов и груз одного из них наполовину состоял из пива и пятилитровых оплетенных бутылей португальского красного вина. Обещали выделить и советникам, но пока не спешили обещание выполнять.

- Давай разделимся и поищем, - предложил я. - Ты левее бери, а я правее пойду. Потом встретимся.

Так и решили. Хитроумный лейтенант действительно мог присесть с приятелем в тени и потягивать «Нокал», довольно неплохое пиво из Лубанго. Через десяток шагов я уже потерял Володю из виду, и беззаботно шагал под палящим солнцем, надвинув козырек камуфляжной кепки на глаза. Вскоре жара должна была уменьшиться, приближался сезон дождей. Тоже не очень большое удовольствие. Думал я о чем-то своем и, обходя очередной куст, едва не налетел на незнакомого солдата. Сначала мне показалось, что это тот самый лейтенант, но сразу же понял, что ошибся. Во-первых, обмундирование его было очень потрепанным, на ногах какие-то рваные кеды. А во-вторых (и это было самым главным) на плече у него стволом вниз висела автоматическая винтовка «Хеклер и Кох» модели G3. Солдаты в бригаде были вооружены «калашниковыми». G3 могла быть только в подразделениях народного ополчения ОДП, но они носили форму оливкового цвета. И тут меня словно ударило: УНИТА!

Да, передо мной был самый настоящий унитовец, неведомо какими путями забредший на передовые позиции злейшего врага - бригады ФАПЛА. А самое плохое, что винтовка его висела на правом плече, в то время как мой автомат болтался на левом, заброшенный за спину. Это только в кино герой резко выхватывает оружие и начинает палить по чем зря, валя врагов пачками. В жизни все сложнее.

Несколько секунд мы ошарашено смотрели друг на друга. Лицо парня лоснилось от пота. Видно было, что идет он давно и устал. Но унитовец тоже очень быстро понял, кто перед ним. Рука скользнула к винтовке, и ствол ее пополз вверх. На раздумья мне времени не оставалось. И я прыгнул с места, нанося обеими ногами удар ему в грудь. Противник покатился по траве, не выпуская, однако, оружия из рук. А я, сгорбившись, одним движением дернул застежку кобуры, вырвал пистолет и, сдвинув предохранитель, выпустил в него весь магазин. Патрон у меня всегда был в стволе. Больше половины пуль попали в тело на земле. Может быть, это было и убийством. Но мы находились на войне и у противника имелось не менее смертоносное оружие, чем мое.

Я стоял, тяжело дыша над мертвым унитовцем, вытирая рукавом обильно вспотевший лоб и судорожно сжимая в ладони рукоятку пистолета. Затвор отошел назад, так там и остался. Обнажившийся ствол выглядел бы тонкой безобидной трубкой, если бы еще не дымился сгоревшим порохом. Из-за кустов с автоматом наперевес вылетел Володя. Увидев меня, он испуганно вскинул оружие, но тут же узнал.

- Кто стрелял? Что случилось?

Я молча махнул пистолетом в сторону убитого. Капитан осторожно подошел к телу, наклонился, всматриваясь. Распрямился и трясущейся рукой полез за сигаретами.

- Ну, ты даешь... А без стрельбы нельзя было?