Посвящается моему другу – Николаю Казакову, благодаря которому я и взялся за написание сего опуса.

Фатум – неотвратимая судьба, рок, неизбежное.

Словарь Д.Н. Ушакова

Все в этом мире уже предрешено. Наша жизнь, с ее мнимой свободой выбора, – просто иллюзия, насмешка над родом человеческим. Копошитесь и дальше в своем муравейнике, теша себя мыслями об индивидуальности, самобытности. Вы даже сами можете шевелить лапками, ползти в выбранном направлении! Как приятно, наверное, в это верить. Вот она – человеческая наивность, непрошибаемая глупость: мы кузнецы своего счастья, нам подвластно все!…

Там, где нет ни прошлого, ни будущего, в «абсолютном настоящем», – все уже свершилось именно так, как должно быть.

Подлое, обманчивое время. Перетекает себе мелким песочком. Тикает, мягко убаюкивая. Его вполне достаточно. Можно, не торопясь, все успеть: решиться на что-то, что-то исправить. Мы верим: его будет много. Будет много всегда!.. Но через мгновение оно обрывается – и всё. Ощущение бездарности бытия пронзает нас в абсолютном настоящем.

Что потом?

Пустота?

Конец?

Начало?

Только тот, перед кем не властно время, может созерцать красоту и мудрость жизни, совершая истинные деяния.

1

Меня словно вывернули наизнанку. Все тело ломило. Звенели натянутые барабанные перепонки. Казалось, еще немного, и голова взорвётся – как в видеоигре: бац, и разлетелась алыми кусками; кровь фонтаном; непослушное тело делает несколько конвульсивных движений и заваливается навзничь.

С трудом попытался открыть глаза, но яркий свет заставил зажмуриться. Я стоял на четвереньках на горячем песке, не находя сил даже пошевелиться. Ладони и колени обжигал раскаленный песок. «Вроде живой», – мысль огромным булыжником перекатилась по голове. Ужасно больно было даже думать. Ладони начинали гореть от ожога, и, похоже, именно этот сигнал, добравшийся до мозга, растормошил чувствительность, заставив подняться. Солнце вышло из зенита, но от этого палить меньше не стало. Я добрел до какого-то кустарника и упал в него, теряя сознание.

Когда я снова очнулся, было совсем темно. Ужасно хотелось пить. Я вышел из своего убежища и оказался на песчаной косе. Чуть поодаль плескалась река. Превозмогая боль, добрел до воды. Она была холодной, но процедура явно пошла мне на пользу.

Получилось… Получилось вроде.

До этого я полагал, что если дело выгорит, то буду орать от счастья. Буду прыгать, как безумный. Но никакой радости сейчас я не испытывал – ни эйфории, ни адреналина. Просто ясное осознание, что все еще жив.

Нужно действовать по плану. Я нашел в кустарнике свой рюкзак, достал оттуда маленькую лопатку, выкопал небольшую яму и рюкзак аккуратно поставил туда. Затем завалил яму руками и как следует замаскировал свой тайник. Мягкий песок поддавался легко, но последние силы все же оставили меня. Один балахон из более плотной материи я использовал как подстилку, а вторым укрылся.

Теперь спать. Про завтра будем думать завтра.

2

Нашим проектом занимался «Режимно-секретный отдел» –подразделение Научно-исследовательского управления ФСБ. Они ювелирно смоделировали максимально приближенную к тем реалиям обстановку, чтобы мы могли адаптироваться перед выполнением задания. Для этого был создан арт-проект «Израиль. Зарождение новой эры». По-моему, гениальное название. Оно позволило максимально толерантно объединить усилия независимых ученых – как приверженцев христианской доктрины, так и ее противников, сторонников Торы. Естественно, христиан всех конфессий планировали привлекать более активно – ведь наша, или новая, эра ведется от рождества, сами знаете кого.

В СМИ трубили о грандиозной масштабной реконструкции, посвященной юбилейным торжествам в Иерусалиме. Конечно же, израильская сторона была в курсе, и выглядело все как государственная инициатива с официальным разрешением на проведение масштабного мероприятия в исторической части города. Естественно, ничего проводить не собирались – только на этих условиях официальный Израиль включился в игру. Наши специалисты прописали сразу несколько сценариев отступления: как, не «теряя лица», «под давлением общественности», отказаться от заявленного проекта. Там было все: агрессивные ортодоксы, открытые письма недовольных историков в международные СМИ, осторожная риторика по поводу невозможности обеспечения полной безопасности мероприятия и под конец – официальные выступления ЮНЕСКО и Международного Географического общества против подобной акции. Под занавес объявилась благотворительная организация, которая предложила собрать средства на воссоздание старого Иерусалима на другой, пустой территории и провести празднования там, чтобы впоследствии превратить макет в город-музей или парк развлечений.