Читаем Спасенное сердце полностью

— Тогда скажи мне, какого хрена думать, брат. Потому что, бл*дь, прямо сейчас я схожу с ума. У них моя женщина, Стикс, моя гребная женщина. Я не любил ни одну женщину в своей жизни, кроме матери и сестры. Я никогда не думал, что у меня будет старуха. Думал, что Тэнк, Булл и ты просто плаксивые сучки, которые сделали неправильный выбор, отказавшись от всех кисок, которые приходят к нам.

Я сделал еще одну затяжку, ощущая, как Стикс наблюдает за мной, и добавил:

— Я трахался как гребаный бог, лизал киски как долбаная сексуальная игрушка, и мог трахаться часами, Стикс, часами. Ты знаешь, что наши старики были мразями, но я был согласен с ними в одном. Киски нужно хорошо лизать и жестко трахать — никогда не поклоняться. Но, бл*дь, мужик, Лила, моя невинная и сумасшедшая блондинка святоша выбила почву у меня из-под ног. Черт, построй мне гребаный храм для этой сучки, и я буду поклоняться ей. Она чертовски околдовала меня, Стикс, и дело не только во внешности. Это просто исходит от нее. — Моя спина ударилась об стену, и я подумал, что моя грудь взорвется от давления в ней.

Стикс прислонился к противоположной стене, и по его выражение лица я видел, что брату было тоже больно за меня, свою женщину и за весь чертов клуб. Эти три сумасшедшие сучки проникли в сердца братьев.

Пялясь на ворота, мое зрение размылось, и я сказал:

— Впервые за мои жалкие двадцать семь лет существования на этой богом забытой земле, я заботился о чем-то кроме клуба, свободы на дороге и моих братьев. Теперь какой-то ублюдок может отобрать это все у меня до того, как у меня и моей старухи появился шанс.

Стикс приподнял бровь.

— С-с-т-таруха?

Мои глаза распахнулись, когда я осознал сказанное. Я посмотрел на Стикса, он будто мог видеть сквозь меня.

— Да... Бл*дь! — прохрипел я. — Так и есть, Стикс. Я хочу Ли целиком и полностью: в моей кровати, на моем байке, в моем долбаном сердце. Дерьмо, я присоединился к потерянным подкаблучникам! — я пытался пошутить, но страх за Лилу оттеснял любой юмор.

Стикс бросил сигарету на землю и сделал три шага, встав передо мной. Я посмотрел на брата — моего лучшего друга, — и видя опустошение на моем лице, он обнял меня за шею и притянул к себе.

Я, бл*дь, расклеился почти как киска.

Оттолкнув меня, Стикс обхватил мои щеки и отпустил меня, чтобы показать:

«Я, бл*дь, просил тебя присмотреть за Лилой, чтобы ты смог узнать ее больше, чем просто ее внешность. Я видел то, как ты смотрел на сучку и видел, как она смотрела на тебя. Я видел искру, но знал, что ты самая настоящая шлюха, чтобы хотеть ее больше, чем просто для траха. Я не мог позволить тебе сделать это с ней».

— Так какого хрена изменилось?

Он пожал плечами и потер подбородок, прежде чем заговорил:

«Подумал, что если подтолкну вас друг к другу, ты быстро втянешься. И так и случилось, брат, сучка в мгновение ока обвела тебя вокруг пальца, так же как Мэй меня. Но когда ты отказался от сучек, которых привык трахать и твои грязные оргии подошли к концу, я понял, что это было из-за Лилы. И я хотел тебе того же, что есть у нас с Мэй, Кай, ты заслуживаешь быть с хорошей женщиной. В этой жизни, когда рядом с тобой и на заднем сиденье твоего байка хорошая женщина, все меняется, когда настают плохие времена. Поверь мне, Мэй — моя гребаная линия жизни в этой гребаной яме, которой мы живем. Она все для меня».

Слезы застилали мои глаза, и я схватился за жилет Стикса.

— Мне нужно вернуть ее, През. Не уверен, что буду делать, если потеряю ее. Я изменился, она изменила меня. Я под ее гребаными чарами, и чертовски уверен, что не избавлюсь от них.

Стикс вздохнул и взял мое запястье.

— Я об-бещаю. М-мы в-вернем ее.

Я опустил голову и втянул долгий вдох, когда внезапно на дороге раздался рев Харли.

— Подъезжает! — крикнул смотрящий и начал открывать ворота. Секунду спустя показались три байка: Тэнк, Булл и, как я предположил, наш новый рыцарь, которого мы должны защищать от Ку-клукс-клана.

По крайней мере, он гонял на Фэт Бой⁸, это принесло ему пару очков.

Тэнк спрыгнул на землю и пошел к нам вместе с Буллом, а скинхед шел сзади. Парень был крепкого телосложения, но побрит налысо, и на его теле было больше свастики, чем у Гитлера в Рейхстаге.

Когда Таннер Айерс подошел ближе, пялясь на нас со Стиксом, как охотник наблюдает за своей добычей, я понял, что мужик был гребаным гигантом. Как минимум сто восемьдесят пять сантиметров роста и около ста килограммов.

Тэнк встал внизу лестницы, держа рюкзак. У Таннера был точно такой же. Тэнк указал на Таннера.

— През, Кай, это Таннер. — Тэнк повернулся к Таннеру. — Это президент «Палачей» Стикс и его ВП.

Таннер шагнул вперед, все мышцы на его теле и лице были напряжены, он был одет в безрукавку и джинсы. Он был крутым ублюдком. Стикс дернул подбородком в приветствии, и Тэнк посмотрел на Таннера.

— Он немой. Не говорит ни с кем, кроме своей старухи и Кая.

Таннер резко кивнул, жест мужчины, который выполнял приказы всю свою жизнь.

— Немой Палач, — сказал он, указывая на Стикса.