Читаем Спасенное сердце полностью

Мэй опустилась на пол, уткнувшись ладонями в деревянный пол. Она начала произносить какую-то молитву, ее тело раскачивалось вперед-назад. Стикс опустил взгляд на нее в ужасе, затем Лила подняла нож глядя на кровь, капающую с лезвия.

— Ибо если устами твоими будешь исповедовать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься, потому что сердцем веруют к праведности, а устами исповедуют ко спасению.

Пользуясь тем, что она отвлеклась на что-то другое, я двинулся вперед, показывая братьям, что обезврежу ее. Но как только пол заскрипел под моими ногами, Лила посмотрела безумными глазами на меня, засунула свободную руку в карман и вытащила мой пистолет.

— Дерьмо! — выплюнул Хаш, когда Лила подняла пистолет, щелкая предохранитель.

— Не останавливай меня, это нужно закончить, чтобы достигнуть спасения!

— Лила! Опусти гребаный пистолет! — приказал я, но вместо этого, она нацелила его на меня, ее рука дрожала как осиновый лист.

Снова подняв нож, Лила поднесла его к лицу, и каждая капля крови отлила от моего лица.

— Детка, что ты делаешь?

Пистолет дрожал, слезы стекали по ее щекам, опускаясь на ее остриженные на полу волосы.

— Я люблю тебя. Я никогда не думала, что буду способна чувствовать это... но я люблю тебя... всем своим сердцем.

Задыхаясь от огромного кома в горле из-за того, что моя женщина была так сломлена, я прокашлялся и сказал:

— Я тоже люблю тебя, детка. Пожалуйста, не делай этого! Я тоже чертовски сильно люблю тебя!

Грудь Лилы сотрясалась от рыданий, она сказала:

— Я должна... освободить тебя. Я слишком сильно люблю тебя, чтобы быть твоей тюрьмой... твоей дорогой в Ад!

Я посмотрел на Мэй и Мэдди, но увидел только замешательство. Затем отшатнувшись и указывая пальцем вперед, Мэдди закричала, заставляя меня посмотреть на мою женщину, и увидеть, как она прижала лезвие к виску, погружая кончик в свою плоть. Все случилось так быстро, что у меня едва было время отметить это.

Увидев Лилу с ножом, Мэдди бросилась вперед. Лила, испугавшись сестры, закричала и нацелила пистолет на Мэдди. Ее палец соскользнул, и она нажала курок, но бросившись вперед, Флейм оттолкнул Мэдди с пути, и пуля попала ему в шею.

— ФЛЕЙМ! — закричала Мэдди, увидев, что брат упал на пол.

АК и Викинг бросились к Флейму, Мэй к Мэдди, и я повернулся как раз вовремя, чтобы услышать Лилу:

— Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа. — Она провела лезвием по своей щеке до линии подбородка, нож выскользнул из ее хватки и упал на пол. Моя женщина начала биться в конвульсиях, рвота вырвалась из ее рта, когда она упала на пол, ее тело было парализовано шоком.

— ЛИЛА! — закричал я. Место было гребаным беспорядком. Братья столпились вокруг Флейма. Стикс, Тэнк и Булл очищали дом от посторонних.

Когда я взял свою сучку на руки, мой желудок сжался при взгляде на ее щеку, а ее глаза были закатаны. Она была в ужасном состоянии: кровь текла с ее тела, омрачая тонны порезов.

Раскачивая ее и прижимая ее обмякшее тело к своей груди, я прошептал:

— Детка... какого черта ты натворила?

Пальцы коснулись моей щеки, привлекая мое внимание, и пораженный взгляд Лилы встретился с моим, пока она пыталась улыбнуться.

— Больше нет искушения. Ты свободен от искушения... свободен от... моего зла.

Глаза Лилы закатились, и она потеряла сознание. Ковбой и Хаш опустились на корточки рядом со мной, и как гребаная бешеная собака, мои защитные инстинкты взбунтовались.

— Брат, нужно действовать. Нам нужно отвезти ее в госпиталь. Смайлер не справится с этим, — сказал Хаш, не обращая внимания на мою взбешенность.

— Флейма уже повезли. АК и Викинг засунули его в грузовик. Она попала ему в гребаную шею. Тупой псих принял пулю вместо зеленоглазой, которой одержим.

Сбросив свой жилет, но, не отпуская свою женщину, я накинул его на Лилу и поднялся на ноги.

Стикс бросился вперед.

«Вези ее в больницу! СЕЙЧАС ЖЕ!» — показал он, глядя на то, как Мэдди дрожит, бледная как призрак, пока Мэй раскачивает ее в своих руках.

— Я поведу, поехали, — сказал Ковбой, и втроем мы помчались к выходу, пока Тэнк и Булл выталкивали последних нескольких человек из дверей.

Запрыгнув в грузовик, Ковбой завел двигатель, пока я держал Лилу на руках, убирая ее неровные короткие волосы от ран на щеке. Опустив голову, я прижался в поцелуе к ее лбу, ее лицо хоть и было чертовски сильно испорчено, было ошеломляющим.

И впервые за чертовски долгое время, я начал плакать.

***

Часы медленно шли в длинном стерильном коридоре. Все Палачи были здесь, выстроившись в ряд, одетые в кожу, обычные люди держались подальше от нас.