Читаем Спасенная шейхом полностью

— Нет, два дня назад. Но она так хороша, что мне нужно, чтобы Лайза ее сфотографировала!

— Откуда вам известно, что она не попала сюда после того, как Вади был покинут? — поинтересовался Туарег.

Профессор просиял, словно Туарег был образцовым студентом.

— Потому что она лежала в горшке, возраст которого, как и грязи, облепившей его, соответствует возрасту поселения. Ну, разве не красота? Конечно, и сам горшок и образцы грязи подлежат исследованию. Думаю, что один из ваших университетов сможет это выполнить в течение следующих нескольких недель. Но я уверен в своей правоте! — Профессор Сандерс с нежностью посмотрел на статуэтку. — Потрясающая находка! Конечно, мы надеемся найти еще подобные сокровища!

— Что еще вы откопали? — поинтересовался Туарег.

— Пойдемте в специальную палатку, и я покажу вам некоторые недавние находки. Лайза уже сфотографировала их, и снимки вклеены в описания.

Туарег отказался признаться себе, что именно этого ему и хотелось. Повидаться с ней перед отъездом и посмотреть, где она работает. А потом он будет лишь вспоминать ее.

Он нахмурился. Незачем ему вспоминать ее! Она незнакомка, которую он спас. Сейчас ей лучше, и она вернулась к прежней жизни. Им никогда больше не доведется встретиться снова.

Если он не привезет ее на день рождения кузины, как предложила его мать.

С ума сошел! От жары у него, должно быть, плавятся мозги.

Войдя в большую палатку, Туарег почувствовал перемену температуры. Там было тепло, но не так жарко, как на ярком солнце.

Лайза сидела за столом. Камера стояла на штативе и была наведена на небольшое мелкое блюдечко. Когда он вошел, она подняла взгляд.

— Я все беспокоилась, увижу ли вас прежде, чем вы улетите, — сказала она. — Хочу еще раз поблагодарить вас за спасение.

— Я, конечно, задержал его, но ведь так приятно показать свежему человеку, чем мы занимаемся, — сказал профессор. — Я рассказал ему о твоих фотографиях, не покажешь ли наши последние находки?

— С удовольствием.

Профессор пригласил Туарега позавтракать с ними и оставил его на попечение Лайзы.

Туарег обошел палатку, осмотрел старинные предметы, уже почти готовые к отправке.

— Да уж, это не ваш шатер, — пробормотала она, оглядевшись.

— Зато более практично, — заметил он, глядя на предметы, разложенные на столе. На одном конце лежали описания. Он взял одно и пролистал. Цветные фотографии были великолепны.

— Похоже, работа не очень творческая, — заметил он.

— Это действительно не творческая работа, но необходимая. Творческие снимки в моей палатке. Они не имеют научной ценности.

Он прошел вдоль стола и взял папку. На фотографиях были запечатлены члены группы за работой. На одной или двух они отдыхали в шезлонгах. На лицах читалась усталость, появляющаяся в конце долгого дня, но и счастье одновременно.

— А эти?

— Для альбома на память, — ответила она, уже нацелив камеру на мелкое блюдечко.

— Альбома на память? — удивился он, закрыв папку и наблюдая ее за работой.

— Здесь работают люди из разных университетов. Когда проект закончится, мы все разъедемся по разным городам. Альбом на память о совместно проведенном времени был бы кстати.

— Я нигде не вижу на снимках вас, — заметил он, просмотрев почти все фото.

— Я же не могу снимать сама себя, — засмеялась она.

— Дайте мне камеру, и я сниму вас за столом. Она настроила камеру и протянула Туарегу.

— Смотрите вот в это отверстие, сфокусируйте изображение поворотом объектива, а потом нажмите здесь.

Он отступил, выбрал ракурс так, чтобы она оказалась в окружении старинных предметов, и сделал несколько снимков под разными углами.

— А как скоро вы узнаете, получились ли они? — спросил он.

— Вероятно, я проявлю сегодня несколько пленок. Мне не терпится увидеть снимки, сделанные с вертолета. Тогда и узнаю.

Он посмотрел на часы.

— Когда у вас ленч?

— Примерно в полдень. Если вы должны улететь раньше, они поймут. Спасибо, что привезли меня. И вообще за все!

Туарегу не нужны были благодарности.

— Завтра я привезу сюда доктора, чтобы осмотреть вашу лодыжку. — Он просто мог прислать доктора со своим пилотом. Но предпочел прилететь сам.

— Прекрасно. Еще день-другой я воздержусь от ходьбы, а затем буду в порядке.

— Я привезу его на повторный осмотр. А заодно посмотрю ваши снимки. — Или она не хочет видеть его?

От улыбки глаза у нее вновь стали почти голубыми.

Туарег кивнул и вышел. Интересно, не от удовольствия ли глаза ее делаются голубыми? В таком случае ей будет приятно, если он прилетит!

Лайза слышала, как завелся и поднялся в воздух вертолет. Звук постепенно становился все тише. Он улетел. Но вернется!

После обеда она тотчас же начала проявлять пленки. Руины, сад, чайный сервиз в доме у Туарега, караванный путь — она надеялась, что все получится.