Читаем Спасение Джулс полностью

Видимо, начинается паника. Несколько голосов? Такого не может происходить на самом деле.

— Сколько людей? — спросила я, с ужасом ожидая ответа.

Заговорил другой голос, хриплый, как будто она не пила воды несколько дней.

— Нас пятеро. Раньше было больше, но они приходили и забирали часть. Ушедшие так и не вернулись, — прохрипела она и закашлялась.

Мое сердце замирает от осознания того, что я не одна. Здесь больше людей, захваченных и пойманных в ловушку. Что это? Я не могу понять, что происходит. Страх, который они, видимо, испытывали. Я пробыла здесь всего несколько часов. Я не могу представить себе дни или даже больше.

Не зная, что делать, решаю продолжать разговор, чтобы узнать больше информации, выяснить, что происходит, и как я могу вытащить нас.

— Как вас зовут? Как мы все сюда попали? — У меня в голове проносятся вопросы быстрее, чем успеваю их задать. — Что с нами будет? — Паника почти душит меня. Мне нужно дышать, чтобы сохранить спокойствие. — Мы должны выбраться отсюда!

— Говори тише! — говорит одна из девушек, ее тон непреклонен, но все еще смешан со страхом. — Меня зовут Лия, и они не услышат, если ты будешь шептать. Пожалуйста, говори шепотом, чтобы они сюда не спустились. Как тебя зовут?

Неуверенная, стоит ли говорить ей об этом из-за темного прошлого моей семьи, делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Джулс. Меня зову Джулс. — Я глубоко вдыхаю, пытаясь сосредоточиться на чем-нибудь другом.

— Меня зовут Грейс, — раздался тихий голос слева от меня. Возможно, с той стороны, где я услышал первый всхлип?

— Сколько тебе лет?

— Шестнадцать.

Слишком трудно понять, откуда доносится каждый голос. Я ничего не могу разглядеть в темноте.

На мгновение воцаряется тишина, а затем из глубины комнаты доносится еще один голос: шепотом, но в то же время кажется очень громким.

— Я Сторм. Мне двадцать один год.

— Что с тобой случилось? — спрашиваю я, зная, что мне нужно поддержать разговор.

— Я учусь в Сирокьюзском университете. Я шла в свою комнату в общежитии после ночной тренировки, когда мой телефон завибрировал. Я читала эсэмэску, поэтому не обратила внимания на подъехавший фургон, и кто-то схватил меня. Потом почувствовала укол в руку, и все потемнело. Я очнулась здесь, прикованная цепью к полу.

Шмыганье носом нарушило тишину, и слезы защипали мне глаза в ответ. Я смахиваю их, проводя свободной рукой по глазам.

Еще один голос врывается в тишину. В этот момент я не могу сказать, из какой части комнаты.

— Меня зовут Фейт, и я тусовалась со своими лучшими подругами. Мы были на вечеринке с нашими друзьями из другого колледжа. Один парень пригласил меня на танец и угостил выпивкой. Мы танцевали, прекрасно проводили время, и все было прекрасно, пока комната не начала вращаться. Я попросила его помочь мне найти моих друзей, и он повел меня наружу. Я подумала, что он пытается мне помочь, когда к нам подошел его приятель. Все вокруг расплылось, голова закружилась сильнее, и я, кажется, потеряла сознание.

— Ты помнишь что-нибудь еще? Может быть, голос? Что-нибудь, что могло бы помочь?

— Мне жаль. — Рыдание грозило вырваться из ее горла. — Последнее, что слышала, как один сказал, что я достаточно красива, чтобы выручить хорошую цену на аукционе. — Ее голос был едва слышен, так как дрожал от страха.

Как долго они здесь пробыли? Неужели все они потеряли надежду? Мое сердце сжалось. Мое сердце замерло окончательно, когда их слова эхом отдавались в моем сознании. Цена. Она сказала цену. Внезапно вся картина резко обрела четкость. Она была «достаточно красива, чтобы выручить хорошую цену на аукционе».

— Торговля людьми! Срань господня! Они продают женщин! — Я сказала это слишком громко.

— Пожалуйста, тише. Я тебя умоляю, — захныкала Сторм.

— Мы знаем. Они спускаются и фотографируют нас, — сказала одна девушка с дрожью в голосе.

— Сколько тебе лет, Фейт? — быстро спросила я.

— Двадцать один, — ответила она.

— Что насчет тебя, Грейс? Что с тобой случилось? Лия, а как насчет тебя? — Должен же быть какой-то мотив или причина, по которой это произошло. Кто мог сделать что-то настолько ужасное?

Лия ответила первой:

— Мне только что исполнилось двадцать. Я была на пробежке, готовилась к марафону примерно через месяц. Я бежала по тропинке, и мне предстоял поворот. Я завернула за угол, но тут меня схватили и закрыли рот и нос какой-то тряпкой. Запах обжигал. Я старалась не вдыхать его, но ничего не могла с этим сделать. Я не могла кричать. Когда попыталась закричать, они еще сильнее прижали тряпку к моему лицу. Это все, что помню, пока не очнулась здесь, как и все остальные, прикованная к полу, — печаль просочилась из ее голоса.

— И как долго? — выпалила я, слегка сердито и чуть громче шепота.

— Пожалуйста. Говори потише, — взмолилась Грейс. — Ты не понимаешь. Ты не знаешь, что они сделают. Ты же не хочешь, чтобы они пришли. — В ее голосе звучал неподдельный ужас.

— Как давно вы все здесь? — прошептала я.

— Возможно, месяц или два. Слишком трудно сказать. Ты вроде как теряешь счет времени здесь, внизу, — сказала Сторм подавленным голосом.