Читаем Сожгите всех! полностью

— Боже! — воскликнула мать. — Только бы не скарлатина... Бедному малышу еще этого не хватает....

Бедный малыш, казалось, напротив, был в восторге, что над его здоровьем нависла страшная угроза.

— Что это, скарлатина?

— Позвоню школьной консьержке.

Нет, в школе нет никакой эпидемии, заверила Клер консьержка. Вообще в конце года было очень мало отсутствующих.

— Директор у себя?

— Что вы... Он уехал к родственникам... вернется никак не раньше второго января.

Насытившись, мадам Руссе удовлетворенно вздохнула, отпила добрый глоток божоле:

— Знаешь, он, наверное, хочет наделать тебе неприятностей. Ты не должна была так часто ссориться с ним.

Возможно, эта старая развалина директор предпринял такого рода наступление.

— Ты не будешь есть?

— Я не голодна... И потом мне нужно уйти.

— Я иду с тобой, — заявил Стефан.

— Нет, не сегодня... В другой раз.

Избегая осуждающий взгляд матери, Клер натянула куртку и вышла из дома. Сев в машину, она направилась к туннелю Круа-Рус и вскоре выехала на дорогу, ведущую в Бург.

— Поедем в Гийоз, — сказала себе Клер, доверяясь своему инстинкту.

Жандармов уже не было. С узкой улицы убрали остов цистерны. Остались лишь обломки и сильный запах горелого дерева. Пьер ставил свой грузовичок в сарай рядом с мастерской. Бесполезно искать техталон в остывшей золе.

В мастерской Клер нашла несколько коробочек из самшита, едва тронутых огнем, инструменты, старую куртку Пьера, которая выглядела совершенно целой, однако рассыпалась, как только Клер прикоснулась к ней. Но в кармане куртки был старый бумажник, а в нем техталон. Обложка из пластика расплавилась и испортила картон.

Стук автомобильной дверцы заставил Клер обернуться. Из машины, принадлежащей местной жандармерии, вышел жандарм.

— Здесь мало что можно найти, — сказал он, подойдя к Клер. — И везде так.

Она показала ему техталон.

— В префектуре вам сделают другой, — сказал жандарм. — А машина полностью уничтожена... Мы начали составлять опись вместе с экспертами, назначенными следователем... Это долго протянется... Вам надо будет составить список всего, что сгорело.

— Я не смогу все припомнить, — прошептала Клер.

Она машинально подошла к медному крану, хотела его открыть, но он оказался незавернутым. Клер была уверена, что накануне завернула его, наполнив фляжку.

— Ничего не слышно о похитителе цистерны? — спросила она в то время, как ее мысли были заняты открытым краном.

— Есть кое-что... За ним, должно быть, следовал сообщник на машине. Жители одной фермы слышали, как проехала цистерна... Они даже помнят точное время. А немного спустя, когда они вновь засыпали, под их окнами прошла легковая машина, ехавшая из Гийоза.

— Через сколько времени?

— Они точно не знают. Никто не стал смотреть на часы в другой раз.

Клер вслед за жандармом вернулась на улицу. От запаха, в тысячу раз более сильного, чем запах погасшего камина, у нее першило в горле.

— План ОРСЕК был приведен в действие по вашему требованию?

— Нет... Ни по требованию мэра... Наверное, когда вызвали пожарных из Бурга, префект был поставлен в известность о том, что происходит... Поскольку он не мог судить о размерах бедствия, он, вероятно, решился на такую предосторожность.

Клер кивнула. В этот момент она приняла решение повидать старого доктора Рэйно и спросила у жандарма его адрес.

— Езжайте до Шаламона и с левой стороны увидите его дом... Старый дом с двумя башенками и белыми ставнями. Железная калитка всегда открыта, а дорожка посыпана гравием.

Когда Клер вошла в приемную, там ждали своей очереди три человека. Они молчаливо ее оглядели и продолжили разговор о причудах погоды. Всем троим уже давно перевалило за шестьдесят.

Доктор тоже был старик. Хоть он и выглядел бодро, ледяное дыхание смерти уже коснулось его. Он внимательно выслушал Клер, проявив вежливое удивление.

— Я связан профессиональной тайной, — начал он.

На закате жизни он, должно быть, отчаянно цеплялся за эту положительную сторону своего ремесла, как за опору в старости. Клер поняла, что от него узнает немного.

— Возможно, что вода послужила причиной этих желудочных заболеваний... Ваш муж не обращался к врачу?

— Не успел.

— Ничего больше я вам сказать не могу. Резервуар расположен уж не на таком плохом месте... Поблизости нет никакого навоза.

— Лишь огромный сад, где применялись инсектициды.

Он пожал плечами.

— В наше время...

— Вследствие обильных осенних дождей они могли проникнуть глубоко в почву... Загрязнить источник.

— Загрязнение, — усмехнулся он, — заражение, а скоро, возможно, умерщвление безнадежно больных... А еще уничтожение никчемных... Стариков, которые слишком дорого обходятся социальному страхованию.

Клер осознала всю бесполезность своего визита.

— А почему не атомная бомба? Мои больные считают, что ветер, который дует со стороны атомной электростанции, может донести радиоактивность до их домов... Люди глупеют, выдумывают себе ужасы, как в тысячном году или во времена революции.