Читаем Современный нигилизм. Хроника полностью

Однако на этом история книги не заканчивается. После того как мою колонку стали печатать в “Osservatore Romano”, выпускающий редактор римского издательства “Carocci” Джанлуки Мори предложил мне опубликовать все статьи под одной обложкой. Поэтому я расширил и дополнил уже существующие десять глав, а также написал новые специально для этой книги, что позволило лучше обозначить направление моего исследования. В результате получилось восемнадцать глав, в каждой я представил разные способы и перспективы взглядов на проблему. Новые главы – с двенадцатой по восемнадцатую, а также первая глава – аккорд, задающий тональность всему путешествию. Некоторые темы проходят сквозным мотивом по разным главам, я рассматриваю их в разных случаях и контекстах, время от времени переплетаю с другими темами. Однако важно все время помнить о предмете исследования как о событии, лишенном статичности: только с этой точки зрения отдельные детали могут обрести наиболее интересные значения.

Что касается самой книги, то в ней я пытался совместить емкий формат сжатого повествования с более широкими перспективами философского исследования. Но я не ограничивался простым сопоставлением этих двух подходов, а пытался уловить «эпохальное» значение, которое часто скрывается в мелочах культурного, антропологического и социального опыта современности, и вместе с тем проверить повседневным опытом фундаментальные вопросы нашего бытия в мире.

Названия первых десяти глав совпадают с заголовками статей в газете “Osservatore Romano”.

В книге нет авторских сносок, только на последних страницах имеются библиографические ссылки на цитируемые или использованные в каждой главе работы.

В начале нашего путешествия я хочу обратиться к финалу великой книги, которая, как и все великие книги, предлагает взглянуть на себя и на мир так, как нам никогда бы и в голову не пришло, но встреча с подобной книгой дарит такую возможность, и не потому, что мы слепо следуем за автором, а потому, что осознаем: в этом состоит наше собственное ви дение. Я говорю о книге «Дорога» Кормака Маккарти. Как вы наверняка знаете, отец и сын бредут по безжизненной пустыне, в которую превратился мир после ядерной катастрофы. Там, где все сгорело дотла – не только деревья и дома, но и мужество оставаться в живых, – мало-помалу обнаруживается некая сила, которая позволяет героям сопротивляться и не просто идти вперед, как велит инстинкт выживания, но и отыскать в сердце проблеск надежды и нежную привязанность друг к другу.

Истерзанное гнетущим прошлым, не в силах избежать жестокого настоящего и беззащитное перед угрозой будущего, такое сердце получает незабываемый опыт. «Потому что мы несем огонь»[2], – говорят герои друг другу: и они вправе так говорить. Преодолевая небытие, которое вот-вот лишит их собственного «Я», они чувствуют появление в своей жизни необъяснимого порыва, будто призыв к бытию во взгляде одного и тепле ладони другого. Этот порыв дарует им чувство глубокой признательности, благодаря которому они могут бороться и сопротивляться окружающей их действительности. В конце этого путешествия, когда обоим удается пережить столкновения со свирепыми хищниками – существами, когда-то бывшими людьми, – а также внезапное исчезновение всего, что до недавнего времени составляло их мир, мы становимся свидетелями прощания и одновременно освобождения от страданий. Маккарти блестяще завершает напряженную историю спасения двух героев, находя в памяти человека – а по сути, в памяти всего человечества – ключ к будущему. Эта память не пробуждает ничего из прошлого, она как след, окаменелость, которая вдруг обретает жизнь. Эта память призывает вновь прислушаться к происходящему, к осторожному и нерушимому обещанию, сопутствующему нам на чувственном и физическом уровне. В ее слабом голосе, нежном и неумолимом одновременно, скрывается сила, способная пробиться сквозь глухой гул небытия.

Человеческая жизнь такова именно потому, что она противопоставляет себя пустоте. В ней нет и намека на нигилизм, который даже за границами философии всегда готов уничтожить смысл, ради которого мы существуем; не видя этого, не проходя через это, мы не были бы людьми. Именно благодаря альтернативе между существованием и пустотой мы приходим к пониманию себя. И это совершенно не зависит от того, выйдем мы из этой схватки победителями или проигравшими. Именно тогда, когда мы уступаем пустоте, когда объявляем недостижимым смысл окружающего нас мира – именно тогда память о бытии и может возродить смысл – хватит одного взгляда, одной встречи, одного разговора.

Вот как заканчивается «Дорога»: