Читаем Советский Пушкин полностью

Человек умирает, мир, природа остается. Пушкин не строит себе никаких иллюзий насчет одухотворенности природы, насчет продолжения человеческого существования в пантеистической жизни вне человеческого мира. Он знает: природа равнодушна, но она не чужда человеку. Она, по мнению поэта, среда, в которой человек живет, работает, которая оказывает на него эстетическое и моральное воздействие. В описаниях природы Пушкин дает пример высшей объективности хорошего рода, он всецело отдается ей, погружается в нее, его картины максимально точны. Они всегда общезначимы. Они не зависят от созерцающего глаза и от субъективных умонастроений певца. Но в то же время картины равнодушной природы у Пушкина не равнодушны, они всегда согреты лирическим подъемом, отношением человека, от которого она независима, но которому приходится в ней жить. Общезначимое отношение человека к природе иногда обнаруживается в лирике Пушкина открыто, как, например, в стихотворении «Приметы»:

Старайся наблюдать различные приметы.Пастух и земледел в младенческие леты,Взглянув на небеса, на западную тень,Умеют уж предречь и ветр, и ясный день,И майские дожди, младых полей отраду,И мразов ранний хлад, опасный винограду.Так, если лебеди, на лоне тихих водПлескаясь вечером, окличут твой приход,Иль солнце яркое зайдет в печальны тучи,Знай: завтра сонных дев разбудит дождь ревучий,Иль бьющий в окна град; а ранний селянин,Готовясь уж косить высокий злак долин,Услыша бури шум, не выйдет на работуИ погрузится вновь в ленивую дремоту.

Иногда Пушкин как бы убирает с видимого поля зрения человеческое отношение к природе. Но это человеческое отношение всегда наличествует изнутри, согревая сочувственным согласием созерцательное описание. Уж, кажется, на что стихотворение «Кавказ» только пейзаж, последовательность строф которого обозначает только последовательность описания. Но вчитайтесь в заключительные строки стихотворения, и вы увидите преображенную в объективность вида природы лирическую аналогию: и Пушкина теснили немые громады — только не скал, а николаевской действительности, и он рвался на волю, как зверь из клетки железной, — само путешествие в Эрзерум было проявлением такого порыванья, — и Пушкин метался вотще, не находя себе отрады. И очень характерно для Пушкина: внутрь убирается лирическая ассоциация, имеющая слишком личный характер. Пушкин как бы опасается нарушить объективную общезначимость отражения природы в его творчестве.

Гармоническое отношение Пушкина к природе создается признанием ее объективного, независимого от человека бытия, пониманием того, что человек относится не равнодушно к равнодушной природе, что человеческому виду и роду природа все же говорит объективным смыслом своих независимо от воли и сознания слагающихся картин.

Связанность, слитность с окружающим миром, с объективной действительностью, обнаруживавшаяся у Пушкина уже в отношении к неодушевленной природе, еще полней сказывалась в его отношении к людям. Лирика Пушкина — это исповедь поэта. Она настолько искренна и конкретна, что по ней можно писать биографию поэта, во всяком случае летопись его чувств и дум. И первая черта, бросающаяся в глаза в лирике Пушкина, — это доброжелательное отношение к людям. Даже тогда, когда поэт сам терпит гонение, ущерб, переживает страдание и тоску, он не теряет сочувственного, любовного отношения к другим. Пушкин, сам стремившийся к счастью, признавший объективную и независимую от субъективного воззрения ценность каждого человека, с открытой душой и щедрым сердцем желал счастья другим:

Пускай я радости вкушаю не вполне.Но ты, невинная, ты рождена для счастья.Будь же счастлива, Мери,Солнце жизни моей,Ни тоски, ни потери,Ни ненастливых днейПусть не ведает Мери.

Доброжелательность к другим у Пушкина была следствием сознания, что человек один счастлив быть не может, что человек может быть счастлив только среди людей и вместе с другими людьми:

Боишься ты людей, как черного недуга,О жалкий образец уродливой мечты,Утешься, злой глупец!Иметь не будешь ты ввек ни любовницы, ни друга.
Перейти на страницу:

Все книги серии Советский век

Москва ельцинская. Хроники президентского правления
Москва ельцинская. Хроники президентского правления

Правление Бориса Ельцина — одна из самых необычных страниц нашего прошлого. Он — человек, который во имя стремления к личной власти и из-за личной мести Горбачеву сознательно пошел на разрушение Советского Союза. Независимость России от других советских республик не сделала ее граждан счастливыми, зато породила национальную рознь, бандитизм с ошеломляющим размахом, цинизм и презрение к простым рабочим людям. Их богатые выскочки стали презрительно называть «совками». Ельцин, много пьющий оппортунист, вверг большинство жителей своей страны в пучину нищеты. В это же время верхушка власти невероятно обогатилась. Президент — человек, который ограбил целое поколение, на десятилетия понизил срок продолжительности жизни российского гражданина. Человек, который начал свою популистскую карьеру с борьбы против мелких хищений, потом руководил страной в эру такой коррупции и бандитизма, каких не случалось еще в истории.Но эта книга не биография Ельцина, а хроника нашей жизни последнего десятилетия XX века.

Михаил Иванович Вострышев

Публицистика / История / Образование и наука
Сталинский проконсул Лазарь Каганович на Украине. Апогей советской украинизации (1925–1928)
Сталинский проконсул Лазарь Каганович на Украине. Апогей советской украинизации (1925–1928)

В истории советской национальной политики в УССР период с 1925 по 1928 гг. занимает особое место: именно тогда произошел переход от так называемой «украинизации по декрету» к практической украинизации. Эти три непростых года тесно связаны с именем возглавлявшего тогда республиканскую парторганизацию Лазаря Моисеевича Кагановича. Нового назначенца в Харькове встретили настороженно — молодой верный соратник И.В. Сталина, в отличие от своего предшественника Э.И. Квиринга, сразу проявил себя как сторонник активного проведения украинизации.Данная книга расскажет читателям о бурных событиях тех лет, о многочисленных дискуссиях по поводу форм, методов, объемов украинизации, о спорах республиканских руководителей между собой и с западноукраинскими коммунистами, о реакции населения Советской Украины на происходившие изменения.

Елена Юрьевна Борисёнок

Документальная литература

Похожие книги

1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука