Борис Мишарин

Советник Аида

Фантастика и бытие.

1

Вся эта телевизионная болтовня уже надоела порядком многим людям. От этого никуда не деться, мы живем в этом мире борьбы за власть. Америкосы, чувствующие себя единственным гегемоном, осточертели всему миру, но продолжают оказывать агрессивное влияние на людей, сообщества и государства.

Россия начала вставать на ноги и американцам ой как не хотелось чувствовать былое могущество исчезнувшего государства. С ним для россиян сгинуло главное — уверенность в завтрашнем дне. Всё остальное приложения — новые, старые, бывшие и будущие. Журналисты обрыдли народу своей безграмотной вседозволенностью, хоть бы русский язык изучали достойно и не писали свои непроверенные жаренные статейки с ошибками. Достоверность и грамотность — давно забытые понятия утко-чайками пера. Хватают и выкидывают напролет непереваренную информацию…

«Сотни погибших от землетрясения в Иране; американцы наращивают и создают новые ракеты средней дальности, окружая ими Россию; три авианосца США у берегов КНДР; переговоры Путина с Эрдоганом; обещание Саакашвили киевлянам встретить Новый 2018 Год без Порошенко; триллионы, скрытые от посторонних глаз в офшорах»… А телевизор все говорил и говорил…

Илья подошел к окну. Ветер бросал в стекло капли дождя порывами и ломал зонты редких спешащих прохожих. Начало июня и по существу первый обильный и нужный земле дождик заставлял ёжится людей на улице. Днем на солнце жарко в Сибири, но в такую погоду лето не чувствовалось совсем.

Скукота обыкновенная, по телевизору ничего интересного на всех ста с лишним каналах кабельного телевидения. «Дикая природа» приелась повторяющимися сюжетами, детективный канал если и показывал что-то, то несколько недель подряд с повторениями, первые каналы демонстрировали нечто подобное бразильских сериалов. Но на вкус и цвет товарищей нет, как говорится. Это про вкус и цвет, а не про устоявшуюся систему повторяющихся многократно фильмов. Создавалось впечатление, что доставался из хранилища фильм и крутился многоразово, потом передавался в соседнее помещение на другой канал, чтобы лишний раз в запасники не бегать, зад не растрясти. Все это, конечно, не так, но впечатление-то оставалось.

Когда необходимость выезда в город отсутствовала, Илья проводил время дома в дачном поселке на речном заливе. Двухэтажный теплый, годный для проживания зимой брусовой домик на двести сорок квадратов выглядел необычно среди каменных домов гораздо больших по площади. Фигурный деревянный теремок смотрелся сказкой среди каменных замков воротил местного бизнеса. Участок Ильи в двадцать пять соток, один из лучших по расположенности, выходил прямо к воде. Имея собственную лодку, он частенько рыбачил в свободное время, пойманную рыбу солил, коптил и вялил. Огородом не занимался, цветов не садил — все-таки они требовали времени, а он мог уехать по делам на неделю или две. Но небольшой сосновый бор на участке и березки выглядели ухоженными — засохшие и опавшие ветки собраны, травка подстрижена. Обыкновенный высокий забор из пескоблоков вокруг участка бросался в глаза контрастом с соседними трехметровыми кирпичными стенами, но Илью это совершенно не волновало. Внешний бедняк совсем таковым не являлся и кошельком никогда не хвастался. Бедняк — это ведь тоже относительно. Бедняки дачами на заливах не владели.

Дождь… Илья смотрел, как пузырятся уже успевшие образоваться лужи. Ветер стих, а дождь все шел и шел. Земля впитает этот нектар и воспрянет зеленью травы, свежестью листьев, изумрудом природы. Когда надоедало смотреть телевизор, Илья брал метлу, грабли и шел убираться с удовольствием на территории. Мог пожарить шашлыки или покрутиться на турнике. А сейчас он стоял у окна и уже долго смотрел на дождь. Потом взял телефон и набрал номер.

— Здравствуй, Алена, это Илья. Узнала?

— Узнала. Скучно одному, ты хочешь пригласить меня на ночь?