Читаем Совьетика полностью

– Скоро я вас с ним познакомлю.

Мама окинула меня взглядом с головы до ног.

– Кореец, небось?

– Кореец, мам…

– Так… ну что ж, корейцев у нас в семье еще не было, между прочим…

– У него в семье русских – тоже!- уточнила я.

– Тогда, значит, cчет один-один…

Тут зазвонили в дверь.

– Это он, это он, ленинградский почтальон…- уверенно сказала мама, – Ну, чего ты стоишь, беги, открывай!

Действительно, на пороге стоял Ри Ран. В форме. И с цветами.

– Дорогая теща!- начал он по-русски с порога.

– Ишь ты, уже теща!- удивилась мама.- И по-русски он как говорит…Вы только посмотрите!

– Иностранный язык – оружие в жизни и в борьбе!- без малейшего акцента отчеканил Ри Ран. Мама схватилась за сердце, а он продолжал:

– Меня зовут Сон Ри Ран, я просил руки вашей дочки, и она согласна. Теперь если еще будет согласно наше правительство, будем скоро с вами родственниками…

– С ума сойти!- сказала мама. – Для того, чтобы стать моим родственником, уже нужно правительственное разрешение…

Через некоторое время она полюбила его чуть ли не больше, чем я. Ри Рана нельзя не любить, если узнать его хорошенько.

****

. К вечеру, когда ребята заснули, а мне удалось подпоить маму гадючьим ликером в 60 градусов (гадюку Ри Ран предусмотрительно вынул из бутылки еще вчера- специально ради мамы, сам он был непьющий), мы втроем вышли посидеть на огромном по величине балконе. О таком я когда-то могла только мечтать.

Огромное красное все еще по-летнему жаркое солнце медленно опускалось за горизонт. Над домом какой-то корейский голубятник гонял своих голубей.

Ри Ран и мама к тому времени уже разговаривали друг с другом вполне по-свойски (думаю, здесь свою роль сыграл гадючий ликер, но окончательно мамино сердце растаяло, когда я шепнула ей, что Ри Ран хранит в душе незабываемые воспоминания о прочитанном в детстве «Тимуре и его команде»). Он даже продемонстрировал ей, как работает пол-ондур.

– Расскажите о Советском Союзе. Вот какая у Вас была жизнь в детстве, в юности? – попросил вдруг Ри Ран маму.

– И правда, – поддержала я, – Бабушка никогда не хотела рассказывать особенно много о своей молодости потому что «кому это интересно?» А теперь ее нет, и мы многого никогда уже не узнаем. А ведь это так важно – знать о том времени, даже самые мелкие детали! Каждое твое слово – это исторический источник, мам!

– Ой ребята, да ладно вам… Какой из меня рассказчик?

Но мы не отступали и все-таки уговорили ее.

– Прямо не знаю, с чего начать,- нерешительно сказала мама,- Может, с 1964 года? Я тогда как раз закончила школу и поступала в наш политехнический. В 64-ом году, когда решили скинуть Хрущева (борьба за власть, как известно, идет во всех странах и при всех режимах), перед этим решили показать народу, что тот не способен управлять государством. Вообще-то, конечно, это так и было. Попрятали все продукты, вплоть до хлеба и молока. Хлеб развозили по домам, по спискам. Это единственный раз на моей памяти.