Читаем Совьетика полностью

Сам Кристоф отчитывался ему, что это необходимо – для сохранения кадров необходимо дать им хотя бы видимость того, что о них заботятся, позволить им посещать различные курсы, повышать свою квалификацию и сдавать экзамены за счёт работодателя. Теоретически он был прав – но на практике, и они оба это знали, -- этим агентам вовсе не нужно знать на занимаемой должности больше, чем они уже и так знают, а если они получат дипломы компьютерных инженеров, то тут же начнут искать более высоко оплачиваемую и интересную работу в других компаниях. Так что же, мы ещё должны за это и платить? Можно, конечно, ввести всякие ограничения – вроде того, что агент должен оставаться на своем месте в течение 2 лет после прохождения курса за счёт фирмы или же выплатить ей деньги за учебу обратно. Но на практике, опять же, это приведет к такому количеству усилий получить эти деньги… Стоит ли игра свеч? По 2000 фунтов на агента – когда вся государственная субсидия на создание каждого рабочего места в этих богом проклятых краях составляет всего 3500?

Вильям Беннетт любил говорить о своих кадрах – и о создании новых рабочих мест – так : "Надо занять кресла задницами". Это был неопределенного возраста джентльмен, 12 месяцев в году покрытый искусственным загаром, полученном в солярии, в отменных костюмах и знающий, как надо говорить с людьми. Пост главы британского отделения фирмы он занимал уже давно и всякое на своем посту повидал. Получив сообщение о том, сколько составили опять месячные расходы в Белфасте, он поморщился… Да, в прошлом году, беседуя с главой "Инвестируй в северной Ирландии", он обещал тому создать через год в Белфасте 40 новых рабочих мест. Но чем дальше, тем больше он задумывался над реальностью такого плана. И даже субсидии уже не казались такими соблазнительными. Другие фирмы пытались нажиться на Белфасте как могли – получали дополнительные субсидии за то, что располагались в самых горячих точках города, где, к тому же, самыми низкими были цены на снятие внаем рабочих помещений. Это создавало им к тому же репутацию благодетелей, обеспечивающих местных "десперадо " работой. Но их фирма в подобной рекламе не нуждается, она и без этого вот уже второй год наращивает темпы продаж в Британии в геометрических прогрессиях. А есть места и подешевле Белфаста…

Мистер Беннетт открыл пришедшую с сегодняшней почтой глянцевую брошюру о возможностях, которые открываются перед фирмами, переводящими свои телефонные центры из Британии в Индию.

"Подумать только, индийскому агенту – такому же образованному, как белфастцы, а зачастую знающему ещё и больше них! -- можно платить всего 125 фунтов в месяц! И при этом он будет работать на 6 часов в неделю больше. Это 12% от того, что прожирают эти ирлашки, да ещё и индийский акцент, пожалуй, английским клиентам приятнее будет услышать, чем этот уродливый белфастский выговор." – мистер Беннетт даже зажмурился, вспоминая, как говорят в Белфасте, это острым ножом резало его английское ухо.

"Индусы в два раза быстрее отвечают на звонки, а уж какая там конкуренция за то, чтобы получить работу агента!" – с удовольствием подумал он. "Эти уже не будут требовать, чтобы мы тратили деньги на повышение их квалификации. Им бежать от нас все равно будет некуда. Да, может быть, больше придется платить менеджерам, ибо их придется импортировать, а кто поедет работать за гроши на край света? Но количество менеджеров можно сократить. И можно начать пробовать, как это получится, уже там, в Белфасте."

Кристоф ведь уже начал там сокращения, по его указанию – и по идее, услужливо поданной мистеру Беннетту Полом (молодец, Пол!). "А к середине следующего года закроем и всю эту лавочку – и…"

Он закрыл глаза, размечтавшись. Неправда, что менеджеры его калибра вообще ни о чем не мечтают! Он мечтал о том, как будет раз в квартaл летать куда-нибудь в теплый Бомбей и обедать в хорошем индийском ресторане- вместо того, чтобы тpястись в ветреном, влажном Белфасте в черном такси по пути от аэропорта, читая над собой табличку: "Сезон отстрела туристов открыт". "И шутки у вас, боцман, дурацкие!" -- почти со злобой подумал он.

Конечно, говорить Кристофу об этом рано. Вообще вряд ли стоит говорить ему об этом рассказывать. Вряд ли для него найдется место в новом проекте. Мистер Беннетт давно недолюбливал этого размазню. Каждый раз, когда можно было урезать раcходы на персонал, немец, с его социалистическими привычками, только отмахивался от его прозрачных намеков, которые понял бы любой порядочный англичанин.

"Нам надо предпринимать шаги по сплочению коллектива. Если ребята будут чаще проводить свободное время вместе, они лучше подружатся, и я хочу, чтобы они чувствовали себя на работе как дома, чувствовали, что это место принадлежит им, брали на себя ответственность за него!"- говорил обычно в таких случаях Кристоф, подавая мистеру Беннетту очередную смету на раcходы на поход вместе на боулинг или в ресторан.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Земля
Земля

Михаил Елизаров – автор романов "Библиотекарь" (премия "Русский Букер"), "Pasternak" и "Мультики" (шорт-лист премии "Национальный бестселлер"), сборников рассказов "Ногти" (шорт-лист премии Андрея Белого), "Мы вышли покурить на 17 лет" (приз читательского голосования премии "НОС").Новый роман Михаила Елизарова "Земля" – первое масштабное осмысление "русского танатоса"."Как такового похоронного сленга нет. Есть вульгарный прозекторский жаргон. Там поступившего мотоциклиста глумливо величают «космонавтом», упавшего с высоты – «десантником», «акробатом» или «икаром», утопленника – «водолазом», «ихтиандром», «муму», погибшего в ДТП – «кеглей». Возможно, на каком-то кладбище табличку-времянку на могилу обзовут «лопатой», венок – «кустом», а землекопа – «кротом». Этот роман – история Крота" (Михаил Елизаров).Содержит нецензурную браньВ формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Михаил Юрьевич Елизаров

Современная русская и зарубежная проза