Читаем Совьетика полностью

9 утра. Лоялисты в масках заняли почтовое отделение и приказали его работнику под угрозой смерти не обслуживать католиков. Католические работники здравоохранения, прибывшие на работу в центр Холливуд Арч, услышали, что они не должны будут появляться в восточном Белфасте в течение неопределенного времени, так как их безопасность не может быть гарантирована. На одну католическую женщину, проходящую курс лечения от рака, было совершено нападение во время её выхода из кабинеа врача. Другая католичка и католический пенсионер поверглись нападению в аптеке. Почта закрылась.

10:10 утра. Нападению лоялистов подверглась похоронная процессия католической жительницы Шорт Стрнбда Джин О'Нил. Церковь во время её отпевания подверглась обстрелу кирпичами, бутылками и железными болтами. Родственники покойной подверглись словесным оскорблениям. Гроб пришлось вносить в церковь через заднюю дверь. Среди протестующих протестантов были мужчины в балаклавах (шапках, закрывающих лицо) и с бейсбольными битами в руках.; Все это проис ходило на виду у армии и полиции, которые не предприняли ничего.

9:30 вечера. Снайпер в маске открыл огонь с крыши дома на Сюзан стрит по католическим подросткам. Пули попали в стены домов в Комбер Курт и начальной школы на Сифорди Стрит.. «

Полный список того, что пришлось вытерпеть здешним людям за эти три с небольшим месяца, составляет 55 страниц. Есть и несколько часов видеозаписей.

Я связалась по телефону с руководителем организации местных жителей Шорт Странда Дебби и договорилась с ней о встрече.

– Для нас очень важно, чтобы Вы пришли, – сказала она мне. – С недавних пор против нас введена в действие новая тактика – полное замалчивание в СМИ того, что здесь происходит. Когда мы вступаем в контакт с журналистами, предоставляем им видеодоказательства того, что атакует практически одна сторона, что армия и полиция не просто ничего не предпринимают для предотвращения атак, но и активно создают условия и содействуют лоялистам в нападениях на наши дома, журналисты отводят глаза, а самые честные говорят нам: "Вы знаете, нам не разрешено это показывать… Нам не разрешено об этом писать… "

– Мы вот уже 22 года живем вместе, бок о бок, и у нас никогда не было никаких проблем с нашими протестанскими соседями – в основном пенсионерами. Более того, – в нашем квартале один из самых высоких показателей смешанных семей в Белфасте. Только на нашей улице – около 15 смешанных пар. Они селились в католических районах, ибо здесь, в отличие от протестантских, им ничего не угрожает. Если бы мы тут были такими фанатиками, какими рисует нас пресса, прожили ли бы мы бок о бок 22 года без проблем? Пресса пишет также о том, что сегодняшний кризис "выгоден" республиканцам и "развязан" ими. Вы можете сказать, какую выгоду можно преследовать беспорядками для тех, кто составляет в этом районе лишь 3000 и окружен 60.000 юнионистов? При том дополнительном условии, что вся полиция работает на них? Это было бы равнозначно самоубийству, да и зачем бы нам это делать? Все, чего мы хотим, – это спокойно жить в своих домах.

Дело в том, что на нас нападают сегодня вовсе не наши соседи. Они уже с мая в этих домах не живут. Мы видели, кто выглядывает из окон их домов, – и это все сплошь незнакомые нам лица. Мы наших соседей знаем! Наших соседей выгнали из домов лоялистские бандиты с Шанкилл Роуд, оккупировавшие всю окружающую нас территорию. Те самые, которые два года назад воевали друг с другом на Шанкилле, устроив там настоящие чистки среди своей собственной общины. Им было позволено занять дома наших соседей не вмешивавшейся в это полицией.

Наркобароны, которые после того, как они пожгли дома друг друга на Шанкилле, расползлись по всему Белфасту, как раковая опухоль. И куда бы они ни заявились, везде они несут с собой горе и разрушение. А здесь, у нас – мы в таком меньшинстве, что мы являемся своего рода подопытными кроликами: издеваясь над нами, бандиты из различных протестантских группировок самоутверждаются друг перед другом. Но главное даже не в этом. За спиной этих бандитов стоят юнионистские руководители, использующие их в своих политических целях. Их главная цель- сорвать мирный процесс. Юнионистам позарез необходим предлог для того, чтобы заявить о "невозможности оставаться в одном правительстве с ШиннФейн/ ИРА", как они её величают. Республиканцы им такого предлога не дают. ИРА прочно держит перемирие и уже даже совершила два символических акта разоружения, – в то время, как лоялисты продолжают угрозы и убийства.

Что только юнионисты не перепробовали!

Пробовали, например, обьявить угрозой миру в Северной Ирландии присутствие трех республиканцев в Латинской Америке, о которой большинство из них до этого даже не подозревало, где она находится. Пробовали жаловаться на это американской администрации. А теперь вот изо всех сил пробуют – руками лоялистов – вызвать ИРА на ответные боевые действия.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Земля
Земля

Михаил Елизаров – автор романов "Библиотекарь" (премия "Русский Букер"), "Pasternak" и "Мультики" (шорт-лист премии "Национальный бестселлер"), сборников рассказов "Ногти" (шорт-лист премии Андрея Белого), "Мы вышли покурить на 17 лет" (приз читательского голосования премии "НОС").Новый роман Михаила Елизарова "Земля" – первое масштабное осмысление "русского танатоса"."Как такового похоронного сленга нет. Есть вульгарный прозекторский жаргон. Там поступившего мотоциклиста глумливо величают «космонавтом», упавшего с высоты – «десантником», «акробатом» или «икаром», утопленника – «водолазом», «ихтиандром», «муму», погибшего в ДТП – «кеглей». Возможно, на каком-то кладбище табличку-времянку на могилу обзовут «лопатой», венок – «кустом», а землекопа – «кротом». Этот роман – история Крота" (Михаил Елизаров).Содержит нецензурную браньВ формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Михаил Юрьевич Елизаров

Современная русская и зарубежная проза