Читаем Совершенство полностью

«А ты как хотела, Милашечка? — чертенка на плече будто бы и не удивляет поведение Егора. — Те, кто громче всех поют дифирамбы, предают первыми, я тебе давно говорил».

Признаю:

— Говорил. Но обидно от этого не меньше. Вот же сволочь!

И вдруг хихикаю, вспомнив о том, как на острове Марк сравнил Березу с клоуном Красти из Симпсонов. Кажется, будто это было так давно, в другой жизни и не со мной.

«Чего это ты? — удивляется чертенок.

Бросаю:

— Ничего.

Но воспоминания о Нестерове не желают улетучиваться из моей головы. Казалось бы, за ту неделю, что мы не виделись, им бы ослабнуть, притупиться, поблекнуть. А они становятся лишь ярче оттого, что я все время прокручиваю дни, проведенные с Марком в собственной голове, словно пожелтевшие кадры заезженной кинопленки.

Не могу не думать о нем. Не верю, что он смог вот так просто взять и выкинуть меня из своей жизни. То, что мы чувствовали друг к другу слишком сильное, настоящее и искреннее. Такое не сотрешь из памяти, как бы ни хотелось.

В надежде найти о нем хоть что-то, захожу в интернет, но на сайте «Строй-Инвеста» ни одного свежего фото. Лишь короткая заметка о том, что строительство нового многоквартирного дома в микрорайоне Снеговой пади будет продолжено, несмотря на недовольство жильцов соседних зданий, мечтавших, чтобы на этом месте был парк для выгула собак. Эта новость никак не касается Марка и не выглядит для меня интересной.

Черное платье-мини для того, чтобы ехать в клуб, у меня имеется. Я не продала его, понимая, что такое должно быть в любом женском гардеробе. Плотная ткань красиво облегает фигуру и подчеркивает стройные ноги. Высокий ворот уравновешивает слишком короткую длину.

Надев его, я чувствую себя почти прежней — блистательной красавицей, хотя на самом деле никак не могу избавиться от вязкой и липкой неуверенности, поселившейся внутри с тех самых пор, как Нестеров от меня отказался.

Тот факт, что он так легко сумел побороть притяжение ко мне, больше не дает мне чувствовать себя совершенством. Слишком сложно быть идеалом без внутренней опоры, без денег, без толпы восхищенных воздыхателей. Теперь я сама себе кажусь уязвимой и беззащитной. Способной сломаться от любого удара.

Обуваю замшевые лодочки на удобном каблуке и выхожу в подъезд, столкнувшись там, очевидно, с той самой собакой, что своим лаем напугала агента недвижимости днем. И это тот случай, когда лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

«Ты уверена, что именно «лучше», а не «хуже»? — боязливо выглядывает из-за моей головы чертенок.

И, пожалуй, действительно хуже, а не лучше. Одна только огромная, полная клыков, скалящаяся пусть чего стоит. Устрашающий образ псины дополняют острые купированные уши и бледный белесый цвет, напоминающий очень светлый беж. Когда пес рявкает и тянется ко мне, опасливо отскакиваю к стене:

— Такой собаке нужен намордник, — ворчу я, раздраженно зыркнув на хозяйку псины — женщину неопределенного возраста в аляповатом хлопчатобумажном костюме.

А она устало бросает в ответ:

— Тебе бы тоже не помешал.

И, открыв дверь соседней квартиры, исчезает за ней вместе с упирающимся зубастым монстром, чудом меня не сожравшим.

«Кажется, у тебя и здесь появилась противная соседка. Хоть что-то стабильно в этом быстро меняющемся мире. Зато можешь чувствовать себя как дома», — ухмыляется мой невидимый друг с левого плеча.

Соседка — пол беды, но вот ее жуткую псину я по-настоящему боюсь и надеюсь на то, что встречаться с ними обеими буду как можно реже.

Подсвечивая себе на темной лестнице путь фонариком айфона, слышу, как под подошвами туфель хрустят осколки стекол и прочий мусор. К счастью, такси уже ждет меня у подъезда и тут же увозит по нужному адресу.

В ночной клуб «Ложь» я приезжаю чуть раньше назначенного времени, чтобы получить инструктаж у администратора, на бейджике которой значится «Мари».

— Вообще-то я — Марина, — улыбается она. — но это имя не слишком звучное. Оксану здесь зовут Окси, Людмилу — Люси, а Аню — Анэтта. В конце концов, название клуба говорит само за себя, и небольшая ложь еще никому не повредила.

Представляюсь, оглядываясь по сторонам:

— Я — Милана.

— Тогда ты будешь единственной в «Лжи», на чьем бейджике будет написана правда, — усмехается администратор.

Она рассказывает мне о моих обязанностях: улыбаться, рекомендовать более дорогие блюда и напитки, вовремя убирать пустую посуду и приносить счет. Слушаю вполуха, обводя взглядом полутемное помещение, пустые столы, которых многовато для ночного клуба, длинный бар.

— Больше улыбаешься — больше довольных клиентов, а, следовательно — твоих чаевых, — заканчивает инструктаж Мари, оставив меня дожидаться первых клиентов. По большей части ими оказываются мужчины, причем весьма представительного вида. Некоторых сопровождают девушки, причем, чаще — помоложе, напоминающие сотрудниц эскорт-агентств.

Вместе со второй официанткой, той самой Окси, мы принимаем заказы, среди которых, как и предупреждала Марина, в основном — алкоголь и закуски.