Читаем Соучастники полностью

Не знаю, как так вышло, я ведь собиралась выпить всего одну. Но, наевшись рыбных тако и салатов, я убедила себя, что мой желудок достаточно заполнен, чтобы я совладала с двумя бутылками пива и не утратила здравомыслия.

Народ расслабился, инди-музыка зазвучала громче, закатное солнце позолотило окрестности бассейна янтарным вечерним светом Южной Калифорнии. Некоторые мужчины из съемочной группы плескались в воде вместе с несколькими молодыми женщинами в бикини, в которых я не узнала ни актеров, ни других членов съемочной группы. Я записала их в Девицы Хьюго, все как одна – одного роста и одного сложения.

Мы с Холли не взяли с собой купальников; ни ее, ни меня не прельщала идея обнажаться перед коллегами. Но мы довольно легко общались с гостями, и я была полна радостного волнения – почти закончены съемки еще одного фильма, составилось еще одно сообщество талантливых, работящих людей. Неужто всего несколько месяцев назад мы познакомились с Хьюго в Каннах, обсуждали финансы на террасе отеля – а теперь мы в Лос-Анджелесе, и до конца работы остается всего две недели?

Я наблюдала вечеринку с неким восторженным изумлением, дивясь тому, как быстро в жизни может произойти такой своевременный поворот. Я видела перед собой гостей, актеров, мастеров, технических рабочих, собравшихся в этом месте, чтобы создать то, чего без меня, Сары Лай, никак бы не состоялось.

Прикосновение к плечу вывело меня из забытья, и не успела я опомниться, как Хьюго схватил меня за запястье и повел в дом.

– Пошли, Сара, нам договоры подписать надо, пока ты не слишком напилась.

– А?

Я быстро взглянула на веселье у бассейна, но Хьюго завел меня на свою просторную, простаивающую кухню. Один-два человека из кейтеринга поклевывали там остатки еды и рассеянно взглянули на нас, когда мы проходили мимо.

Потом он вывел меня в прихожую.

– Где эти договоры?

– Ты хочешь их сейчас подписывать? – спросила я, сбитая с толку внезапной сменой обстановки, сдвигом в поведении Хьюго.

– Да, Сара. Это работа. Ты как, будешь к ней серьезно относиться или нет? Кино снимать – это тебе не развлекуха сплошная.

Он вцепился мне в плечи, его красное лицо нависло над моим; мы стояли в высоком холле. Хьюго впал в какое-то исступление, и я понимала, что в этом состоянии его лучше не злить.

Во мне поднималась тихая безгласная паника.

– Да, сейчас принесу. Они у меня в сумке.

– Быстро давай, подпишу, – рявкнул он.

В голове у меня помутилось. Ничего срочного в этих договорах не было. Может, это какое-то испытание, пусть и за две недели до конца съемок? Я села на корточки перед сумкой, нашарила в ней экземпляры договора, принесла их Хьюго.

Он выхватил их у меня и начал толкать меня вверх по лестнице.

– Так, что происходит? – спросила я.

– Наверху подпишем.

Я посмотрела по сторонам и увидела, что две девушки из персонала с высокими конскими хвостами шепчутся и украдкой поглядывают на нас, пока мы поднимаемся по лестнице. Что, по их мнению, происходило?

Но мы уже поднялись на самый верх, и Хьюго, так и держа меня за запястье, тянул меня за собой по коридору к освещенной комнате в его конце. Он втолкнул меня в дверь, и я не поняла, где нахожусь. Кажется, я была в спальне; в глаза мне бросилась чудовищная постель с отброшенным и смятым покрывалом.

– Посмотрим-ка договор, – пробормотал он, перелистывая распечатку.

Моя паника переходила в нечто первобытное.

Я смотрела, как он ходит туда-сюда; сердце у меня уже колотилось.

– Хьюго, почему ты меня сюда привел подписывать?

Он пренебрежительно взглянул на меня, потом на бумаги.

– Там так шумно, что я ничего не соображаю. О деле я только тут могу говорить, с тобой, Сара, с глазу на глаз.

– А… тебе не кажется, что тебе надо вернуться к гостям?

Я стояла у открытой двери и шагу сделать не могла дальше в комнату. Но сделать шаг наружу я тоже не могла.

Он злобно уставился на меня.

– Это мои гости. Я плачу за все, что они едят и пьют. Думаю, несколько минут без меня они потерпят, а?

Этот вопрос он бросил резко и пренебрежительно. Внутри у меня все сжалось от потрясения – столько в его голосе было злобы.

Хьюго поманил меня.

– Поди-ка сюда, скажи, что означает этот пункт.

Я не пошевелилась.

– Сара! – нетерпеливо прошипел он. – Тебе нужно, чтобы я этот договор подписал, или нет?

Я бочком подошла, пытаясь держаться на безопасном расстоянии от склонившегося над бумагами на прикроватном столике Хьюго. Но он схватил меня и притянул к себе.

– Пункт 22а. Что он означает? – проговорил он. – Я, как видно, ничего в кино не понимаю, так что ты уж меня просвети.

Этим договором оформлялись наши соглашения со студией постпроизводства аудио в Нью-Йорке, где через несколько месяцев должны были заняться звуковым дизайном, монтажом и озвучанием, а потом свести все воедино. Ничего скучнее в постпроизводстве и представить себе невозможно, но я постаралась все спокойно объяснить.

Меня подташнивало от страха. Я была в чужой спальне. С Хьюго. Снаружи все веселились. Мысли у меня в голове скакали: я вспомнила о Кортни, о ходивших о ней слухах, о том, что она теперь старается не показываться на людях.