Читаем Социум полностью

И я рассказал ему про писаря из 17-й учебной мотокиборгизированной дивизии, который хватил лишку и оказался оттого необычайно щедрым. И про то, что на самом деле имею лишь уровень «тета», как и положено нормальному заряжающему пристрелочного комплекса Марсианской базы.

— Ну, «тета» так «тета». Много денег не сшибешь, но на штраф как раз хватит. Да еще этих вот, покормил бы, что ли. А то помрут совсем.

— Пробовал. Не едят.

— Так они живые! Это не какое-то там тамагочи! Им молоко давать нужно. Бульоны варить, только не «натуральную Галину Галку», а взаправдашние, с мясом и хрящиками. У тебя как, совсем пусто?

— Пусто, — признался я и повертел карточку с адресом. — Разве что на монорельс наскребу, чтоб до вот этого места добраться.

— Не мое дело, конечно, но все же… чем живешь-то?

— Второй год на социалке. Бесплатный хлеб, консервы из концентратов, и все такое. Нет, работать после службы, конечно, пробовал! — заметив несколько недоуменный взгляд электрика, заторопился я. — Сменил два концерна и дюжину частных фирмочек, а после все как-то… Закон о необходимом минимуме как раз приняли, всех напропалую увольнять тогда мода была. А что? В цехах одни роботы-автоматы, им пособия платить не нужно, хотел даже в Луддиты податься, но после того, как две «летающие крепости» по мандату ООН шарахнули ночью по их поселку, как-то передумалось. Вот и живу…

— Ну, держи тогда, все лучше, чем совсем ничего, — электрик вложил мне в ладонь пару кредитов и пошел к выходу.

— Эй, постой! — Я прочувствовался так, что едва не расплакался. — Как тебя отблагодарить, если что?

— Да ладно, чего уж там. И ведь действительно: «если что». Сумеешь заработать, не сумеешь, это бабушка надвое сказала. Глядишь, и повезет. Не только на штраф и нормальную прокормку хватит, но и на прочее. Сколько там сейчас до социального статуса жениха нужно? Пятьсот кредитов? Шестьсот? Не-ет. Столько с первого раза, даже при самом жутком везении никто не вытягивал. Это потом разве что. Если повезет и если понравится. Сам понимаешь, дармовых кредитов никто сейчас не платит. Так что… Но все равно, желаю успеха! Мой номер — девятьсот одиннадцатый.

Все правильно. Как инфоком службы спасения.

Едва добрый самаритянин покинул пока еще мое жилище, на прощанье как следует упрятав нелегальный кабель, я заказал в службе доставки молоко и сметану. Не те, что «из деревни», а те, что из-под коровы. После получения через материализатор всей этой роскоши, долго не мог оторвать взгляда от умилительной картины: трое щенят, попискивая и толкая друг друга смешными лапами, уткнулись в тарелку. Их розовые язычки порхали над сметаной как бабочки.

Надо же, подумал я, такие маленькие и уже такие разборчивые. Эх, нельзя быть слишком привередливым в наше время, в нашем долбаном Мегаполи… Ой! Что же это я? Сработавший инфоком принес восхитительную новость. О том, что я влетел еще на сотню. Черт знает что!

И, в сердцах хлопнув дверью, я унесся на пневмолифте в теплый смог города.

* * *

Клуб «Кегельбан». Вход только предъявителям флаера. Испытайте себя, не упустите шанс! Вот что было нацарапано на карточке, что подарил мне электрик с символическим идентификационным номером 911.

Дальше имелся адрес. На обратной стороне также была приписка: «действительно только на одно посещение, для одного обладателя флаера».

Что-то я слышал по поводу таких вот странных клубов. Но, поскольку слухи имели характер смутных и противоречивых сетевых сплетен, я никак не мог предполагать, что ожидает меня в конечном итоге под вывеской подобного клуба.

Боулинг? Да сколько угодно! Но тогда к чему вся эта кулуарность? Загадочные поступки электрика и то вороватое движение, каким он вложил в мою потную и дрожащую от перспектив остаться бомжом ладонь флаер. Опять же странный вопрос относительно уровня допуска к киборгизации. Утешало одно. Скоро на все вопросы я получу ответ. И, может быть, заработаю даже кучу денег. Чтоб сразу отдать любимому государству.

Пока воображение рисовало заоблачные выси, где так приятно полетать на розовых крыльях мечты, ноги, отдельно от головы и остального туловища, несли меня по проспекту. И лишь какой-то крохотной частицей сознания я отмечал путь. Ну, знаете, бывают такие состояния, при которых вы обязательно врежетесь на ходу в первый попавшийся столб. Или угодите под турбомобиль. Свалитесь в открытый канализационный люк, толкнете полицейского, уронив с него фуражку. И так далее. Так что нужно всегда быть начеку. Даже если летаете в облаках.

А вот и искомый адрес. Тут все сходилось. Улица, номер небоскреба-щепки, который, кстати, оказался принадлежащим корпорации «Спасение». Типовой проект, этажей на восемьдесят, и столько же под землей. Сейчас такие дома уже и не строят.

Первые три этажа занимали различные административные службы. Дальше, собственно, начиналась территория этой трансконфессиональной корпорации.