Читаем Сорок лет назад полностью

Шальные искорки промелькнули в глазах Максима. Знала бы, о чем спрашивает.

— Ага, тоже.

Он потянулся за следующей порцией кренделей. На сей раз она это заметила.

— Что ты делаешь? Оставь!

Она возмущенно отобрала у него вазу. Несмотря на ее протест, он со смехом вытащил печенье прямо из-под ее руки.

— Пожалуйста, этого нельзя трогать!

— Больше не буду, — пообещал Максим с полным ртом.

— И вообще, лучше уходи. У меня сейчас из-за тебя подгорит пирог!

— Так как насчет прогулки?

Она загрустила.

— Боюсь, что твой дядюшка этого не одобрит.

— Что значит, не одобрит?

— Он будет против того, чтобы мы выходили за ворота. А я не должна выходить без его ведома.

— Что еще за бред! — он так удивился, что перестал жевать. — Разве мы не свободные люди?

— Да, но… Здесь все решает мистер Пул.

— Аша, послушай. В конце концов, я его племянник и прошу тебя, чтобы ты меня сопровождала, только и всего.

— Все равно, это невозможно, — повторила она упрямо. — Мистер Пул — мой хозяин. Мы должны сначала спросить у него разрешения.

— Ну хорошо, — сдался Максим. — Черт с ней, с этой прогулкой. Мы что-нибудь другое придумаем. Что-нибудь получше. Как ты считаешь?

— Да, конечно. А сейчас тебе нужно вернуться на террасу. А то твой дядюшка подумает, что ты задержался из-за меня.

— А разве это неправда?

— Петр! — умоляюще произнесла она.

— Ты, кажется, его боишься?

— Не знаю, может быть. Не знаю. Давай отложим этот разговор на потом. Тебе пора. Вот твой перец, — она сунула перечницу прямо ему в руки, — и уходи. Пожалуйста!

Дядюшка с тетушкой очень мило беседовали. Максим успел расслышать несколько последних фраз. Кажется, только что они говорили о кино.

— Ах, Джонатан, этот эпизод ты сыграл прямо-таки блестяще! Сам Радж Капур мог бы тебе позавидовать.

— Радж Капур?! — на дядюшку что-то вдруг нашло, он рассвирепел, начал брызгать слюной и размахивать руками. — Эта обезьяна?! Ты еще сравниваешь меня с ним!

— Извини, Джонатан, я лишь хотела…

— К чему мне твои извинения! Лучше постарайся никогда больше не упоминать при мне этого имени!

— Хорошо, обещаю больше не вспоминать о нем. Успокойся, дорогой. Тебе нельзя волноваться, — она оглянулась на звук шагов и сказала, явно обрадованная. — А вот и наш Петр!

Дядюшкин гнев улетучился, как и не бывало.

— Садись, Петр, — с важностью кивнул он, указывая на стул. — Тебя долго не было. В твое отсутствие мы успели кое-что обсудить, это касается тебя. Тетушка Патриция уверена, что в тебе скрыт незаурядный актерский талант. И я присоединяюсь к ее мнению.

Максим чуть не сел мимо стула. Чтобы не выдать себя, он спрятал под скатерть внезапно задрожавшие руки. Дядюшка продолжал.

— Мы считаем, что тебе следует попробовать свои силы. Для начала, конечно, в небольшой сцене, и, мне кажется, я уже знаю, в какой. Твой дебют состоится здесь, зрителей будет немного. Можешь не беспокоиться, я тебя сам подготовлю.

Максим еще не знал, вздохнуть ли ему с облегчением или наоборот, забить тревогу, потому что дядюшка, судя по всему, втягивал его в очередную авантюру. И при этом говорил с такой уверенностью, будто его выступление на сцене было уже делом решенным. Максим растерялся.

— Но, дядюшка… Все это настолько неожиданно. Я не знаю, что и сказать.

— А тебе и не нужно ничего говорить. Ты только попробуешь, большего от тебя не требуется. Обещаю, у тебя будет совсем простенькая роль. Почти без слов. Аша тебе подыграет. Я верю, ты справишься, если захочешь.

— Тетушка… — он обратился за помощью к миссис Хептон, но уже по ней было видно, что она на дядюшкиной стороне.

— Дорогой мой, вы обязаны это сделать, — подтвердила она. — Талант никому не позволено зарывать в землю. К тому же, вы молоды, и не каждому дана такая приятная внешность, так что, думаю, нет ни малейшей причины волноваться.

— Вы считаете, что я сумею? — спросил он упавшим голосом.

Но дядюшка и слушать ничего не хотел.

— Когда ты увидишь сценарий, то сразу перестанешь бояться. Петр, я очень на тебя надеюсь, — прибавил он, тем самым давая понять, что дискуссии не будет.

Стоя у крыльца, миссис Хептон по-родственному приложилась накрашенными губами к щеке племянника.

— Нанесите мне как-нибудь визит, мою виллу вы встретите не доезжая Киринды. Я буду вам очень рада.

Дядюшка обнял ее по-братски, поцеловав в обе щеки. Он сам открыл дверцу машины.

— А мне он понравился, — шепнула она на ухо дядюшке в тот момент, когда он ее обнимал. — Он так мил и так похож на тебя.

Автомобиль описал полукруг возле клумбы с орхидеями. На прощание тетушка еще раз улыбнулась племяннику. В ответ Максим помахал рукой. «Кадиллак» исчез за поворотом аллеи, а он так и не сумел отгадать, что же она сказала дядюшке напоследок. Он не расслышал слов, хотя по глазам догадался, что речь шла именно о нем.