Читаем Соник. Иглы прошлого полностью

Сглатываю вязкую слюну и толкаю дверь. Комната такая, какой я ее запомнила в последний день. Кровати нет, на полу матрас. Точнее остаток от него толщиной в 2 сантиметра. Подушки нет, зато есть лоскуты шерстяного покрывала. Видимо его поели моль или крысы. Столом мне служил подоконник, стул от времени развалился на части. Лакированный шкаф под слоем грязи и пыли. Паутина свисает с потолка. В углу в коробке лежат тетради и учебники за 8 класс.

Мне было всего 12 лет. В школу я пошла в 6 лет и в октябре мне стукнуло 7. Я еще попала под программу, где способных детей переводят из 3 класса сразу в 5. Поэтому я младше своих однокурсников почти на год. У Женьки ситуация интереснее. В первый класс она пошла в 7 лет. А вот во второй класс, она не попала. Возникла какая-то путаница, с документами и ее по ошибке зачислили в 3 класс. Девочка из детского дома, поэтому значения особого не придали, решили, что если будет плохо учиться, то просто оставят на второй год. Не оставили. Но потом ее детский дом закрыли, и всех детей перевезли к нам в город. В сентябре 2008 года, Женя пошла в 8 класс уже в новой школе. А в конце декабря меня заселили к ней в комнату в детский дом. С тех пор, мы делим одну жизнь на двоих.

Сквозь воспоминания прорывается хриплый голос Кудякова.

– Блондинка, ты же не жила здесь, я надеюсь.…

– Жила Кудя. Жила. Здесь раньше было по другому. Видишь вон тот темный прямоугольник на обоях? Здесь висела мамина картина, она сама ее нарисовала. На ней была женщина и девочка, они держались за руки и шли по маковому полю. А вот на это гардине висели розовые шторы, я ненавидела розовый цвет, но их купила мама, поэтому и молчала. – Я начинаю метаться по комнате.

Воспоминания врываются в сознание, и захлестывают словно цунами. Я погружаюсь в обрывки счастливых картинок, словно ныряю с головой под толщу воды. Горло сдавливает словно в тиски, легкие горят от нехватки кислорода. А калейдоскоп картинок меняется со скоростью света. – А вот в этот шкаф, я складывала любимые платья… – Я рывком открываю дверцу шкафа. Он не выдерживает и с грохотом складывается, словно карточный домик, поднимая к потолку клубы пыли. Подхожу к стене и скатываюсь на пол. Утыкаюсь лбом в колени и пытаюсь успокоить истерику. Чувствую как Женя садится слева от меня, а Кудя справа. Щелкает зажигалка и через секунду вижу протянутую мне сигарету.

– Насть. Отпусти прошлое....– Кудя делает затяжку и медленно выдыхает.– Это уже случилось. Ничего не исправить. Ты можешь все забыть и жить дальше. Мы поможем тебе справиться со всем, если ты позволишь.

– А знаешь Кудь, ты прав. Нужно жить дальше. Постараться забыть весь этот кошмар. – Сейчас я понимаю, что пока есть якорь, который тянет меня на дно океана из боли и страданий, я не живу. А жить нужно! Нужно разрубить трос, который связывает мою жизнь с мертвым грузом воспоминаний! Я обещала маме, что со мной все будет хорошо. И я должна сдержать обещание.

– Ребят. Я знаю, что делать. Вы мне поможете? – Слезы высохли, а губы начинает трогать улыбка. Я полна решимости!

– Э не, подруга. Ты сначала скажи, что делать надо, а потом мы подумаем, соглашаться или нет. А то мы сейчас согласимся, а ты нас потом на органы пустишь! – По пустой квартире раздается звонкий Женькин смех.

– Нет, Жень. Органы это слишком просто! – Смех становится все громче, а напряжение сходит на нет.

– Ну да ладно, посмеялись и хватит! Что делать то надо? – Кудя не любит оставаться в неведении.

– Да ничего сложного! – Встаю с пола и подаю руки друзьям. – Я хочу привести квартиру в более-менее приличный вид и продать. А потом, после защиты диплома, хочу переехать подальше отсюда. И я буду рада, если вы поедете со мной. – Женя с Кудей переглянулись. Их гляделки выглядят странными.

– Так товарищи! Вы от меня что-то скрываете? – Упираю руки в бока, и смотрю взглядом "аля-строгая-мамочка". Первой заговорила Женя.

– Мы с Димой давно строим планы на переезд, не знали как тебе предложить…я боялась… думала, что ты откажешься. У тебя же здесь родители.

– Женя, блин! Родители отсюда никуда не денутся. А приезжать на годовщины я и из другого города смогу. – Женька поднимает на меня счастливые глазки полные слез и кидается мне на шею.

– Ну вот и поговорили! – Хлопает в ладоши Кудяков. – А теперь пора отметить твой день рождения! – пихает меня локтем в бок и хватает за уши. – Традиции нарушать нельзя! Я тебе 3 года уши драл… да не пищи ты, всего 18 раз… – Настя, стой спокойно, а то Москву покажу! – Я помню чем закончилась прошлая демонстрация столицы. Неделю ходила с варениками вместо ушей. Поэтому попытки освобождения от цепких ручонок друга прекратила.

– Я тут недалеко магазин видела, может купим винишка, что-нибудь перекусить да снимем номер в гостинице? В общагу ехать не хочу. А завтра утром, с новыми силами…

– И с тяжелым похмельем....– Вклинился Дима. За что получил подзатыльник от Жени.

– А завтра утром, с новыми силами, и ворохом мусорных пакетов будет наводить порядки! – Закончила Женька.