Читаем Сон и явь (СИ) полностью

«Я не верю!»- и снова страх. Вот только сила, прежде причинявшая чудовищную боль, теперь помогла встать и двигаться вперед.

Локи быстро шел в полумраке коридоров космического корабля и тут и там натыкался на своих соплеменников. Дети, женщины и немногочисленные мужчины. Они просто не успели добраться до более безопасного центрального зала, и прыжок в пространстве застал их здесь. Казалось, эти асгардцы просто заснули и сейчас придут в себя, но, сколько бы Локи не бил их по щекам, встречные не приходили в сознание. С его приближением они затихали, будто боль, терзавшая их все это время, безвозвратно уходила.

- Да что это такое… - Локи не чувствовал ни проклятия, ни какого-либо другого повреждения.

Все это выглядело жутко. Время от времени в коридоре моргал свет, и куда бы Локи не пошел, он слышал только эхо от своих шагов и стоны своих соплеменников. Те, к кому он подходил и наклонялся, чтобы осмотреть, затихали и слегка поворачивали голову в сторону Локи. При этом начинали улыбаться совершенно искренне и оттого безумно.

В первый раз Локи от неожиданности отдернул руку, теперь же просто монотонно выполнял задуманное: искал хоть одного полноценного выжившего.

Все это походило на страшный сон, на бессмысленный сюр, проникший в разум посредством чужой ворожбы… О, как бы Локи этого хотелось! Но нет, Локи помнил, что за несколько часов до этого Тор ринулся в бой, а сам маг увел космический корабль с поля битвы. Но какой ценой. Он же не смог никого спасти… Сейчас, переступая через тела своих заснувших соплеменников, Локи как никогда явственно осознавал это.

Он около часа бродил по центральному залу, но ничего не достиг. Лишь вымотал себя эмоционально и физически. Он нашел Брюса Беннера, вернувшего себе свой человеческий облик, и Валькирию рядом с ним. Видел детей Вольстага, прижавшихся к матери, заметил несколько воинов, с которыми бок о бок сражался на Радужном мосту. А потом увидел и Хеймдалля. Хранитель Асгарда полусидел, привалившись к стене, а из его глазниц текла кровь. Он тяжело дышал ртом.

- Не двигайся! - крикнул Локи, и эхо голоса гулко отразилось от металлических стен, разрушая тишину. Но Локи было плевать. Он видел, что Хеймдалль хоть и в плохом состоянии, но еще в сознании.

- Я сейчас. Сейчас, - целительство не было его сильной стороной, но Локи старался. Он практически нежно придерживал голову Хеймдалля и не щадя себя вливал в него магическую силу. Постепенно глаза восстановили форму, но остались белы как у незрячего.

- Вспышка. Все это из-за вспышки, - слабо прохрипел Хеймдалль, и прежде, чем Локи успел что-нибудь сказать, зажал ему рот рукой. - Теперь царь ты. Сохрани нас.

В следующее мгновение тело Хеймдалля обмякло, и он повис в руках шокированного Локи. Просто провалился в сон.

Локи же остался в полном одиночестве. Он не знал, сколько прошло времени. Не знал, что ему делать дальше. Он просто сидел, продолжая держать в руках тело Хеймдалля, и бессмысленно смотрел в стену. Он не знал, что делать дальше. Сможет ли он выжить? Сможет расколдовать свой народ. Ответа не было.

Скорее машинально, чем осознанно Локи стал переносить тела спящих асгардцев в общую спальню. Расправлял одежду, расчесывал волосы и оставлял крупицу собственной магической силы для поддержания жизнедеятельности организма. Локи потерялся во времени среди звезд. Казалось, уход за спящими стал единственной целью его существования.

Только когда последний асгардец обрел новое место Локи успокоился. Он сел в кресло, заменяющее Тору трон, обернулся красным плащом, небрежно брошенным здесь же, и забылся тяжелым сном.

***

И снова боль во всем теле. Локи пошевелился, убеждаясь, что у него ничего не сломано, и осторожно приподнялся на локтях. Похоже, он начинал ненавидеть собственные пробуждения.

Отогнав остатки сна, он огляделся, но не заметил ничего из ряда вон выходящего. Локи лежал на кровати в комнате, которую год назад ему выделили мидгардцы. Правда, кто-то сменил его одежду и зачем-то замотал правую ладонь.

Сняв бинты, Локи уставился на собственные слегка синеватые пальцы, а потом нервно засмеялся.

– Точно, лаборатория. Проклятый доктор! Зараза!

Все было до безумия просто. После того, как Джейн пришла в себя и спохватилась, что все на них смотрят, Локи любезно предложил устроить ей экскурсию по своим владениям. Именно своим, ведь эту наивную девочку он просто не смог воспринимать как конкурента. Она чуть ли в рот ему не начала заглядывать, когда он завел разговор о путях между мирами. Пусть себе ходит рядом, лишь бы под ногами не мешалась.

Локи так увлекся осмотром оборудования, что они и не заметили, как оказались около гордости лаборатории: громоздкого агрегата с вратами по центру. Сама машина была жалким подобием настоящего механизма, а вот субстанция, текущая по металлическим жилам врат, являлась предметом гордости Локи. Формулу он вывел сам и держал ее в тайне, чем очень злил остальных исследователей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза